— Семён, мой сын умом вообще не блещет, но может можно что-то придумать? — честно сказал Ковалёв. — В долгу не останусь. Скажем… подниму твой процент?
Семён Михайлович сделал вид, что задумался, а сам уже составлял в голове новый план.
Всё складывалось просто великолепно! Новый интерн, который не блещет умом. Если использовать его в своих целях — клиника точно не выиграет конкурс на звание лучшей! Всё как нельзя ладно складывается!
— Пусть приходит, возьму, — отозвался Кобылин. — По старой дружбе даже процента не повышай. Мы всё-таки не чужие люди.
В результате этой маленькой махинации Павел Ковалёв теперь чувствовал себя обязанным. А в клинике появился интерн, который легко поможет потопить клинику.
Идеально!
Семён Михайлович довольно потёр ладони друг об друга. Осталось сблизиться с этим Валерой…
В шестой палате у меня сегодня появился новый пациент, поэтому я решил начать с него. И возле входа в палату меня перехватил мужчина. Судя по одежде — тоже пациент.
— Доктор, выселите его, пожалуйста! — обратился он ко мне.
Начинается! Никогда такого не было, и вот опять. Снова конфликт соседей по палате, и снова в этот конфликт вовлекают меня. Сколько их было таких за время моей работы — не счесть!
— Что случилось? — вздохнул я. — Вы про кого?
— Про новенького, Чехова, — шёпотом ответил мужчина. — Он ненормальный!
И подобные утверждения и обвинения я тоже слышал уже далеко не в первый раз. Помнится, однажды женщины соседку по палате вообще ведьмой посчитали, из-за зоба!
— С чего вы взяли? — поинтересовался я. — Если бы у пациента были какие-то признаки психических заболеваний, его бы не отправили в терапию.
Нет, конечно было одно исключение. Когда в интернатуре ещё был Болотов, психические заболевания возникали прямо в отделении.
Но теперь таких рисков нет было.
— Он постоянно что-то бубнит себе под нос, как будто зовёт кого-то, — отозвался мужчина. — Это же ненормально!
Ох, ну и логика!
— Мало ли, что он может себе говорить, — отрезал я. — Ненормальным его это не делает. Я сейчас осмотрю его, и если что-то будет не так — приму меры. Ну а вы перестаньте так себя вести по отношению к соседу по палате!
— Хорошо, доктор, — пристыженно вздохнул тот.
Вместе мы вернулись в шестую палату. Я решил сначала заняться своим новеньким пациентом, а затем уже опросить «стареньких».
И первым делом проверил его психиатрическим аспектом. Нет, всё в полном порядке. Бубнить под нос — это может быть просто привычка. Зря только его соседи подняли панику.
— Доброе утро, — подошёл я к нему. — Меня зовут Константин Алексеевич, я ваш лечащий врач.
— Чехов Антон Николаевич, — хриплым голосом представился он. — Очень приятно с вами познакомиться. Наслышан, что с лечащим врачом мне повезло.
После этих слов пациент зашёлся кашлем. Так, первый симптом уже есть. И явно слышно, что кашель влажный, с отхождением мокроты.
Антон Чехов… Кажется, это что-то знакомое. О чём мне рассказывал Клочок, показывая очередной фильм.
Точно! Антон Павлович Чехов — это врач и писатель. Жил он ещё в прошлом веке, и, насколько я знал, был дуалистом. Это редкая способность, когда в одном человеке сочетаются два типа магии.
У Антона Чехова это была писательская магия и лекарская. В итоге он сделал в своей жизни упор именно на писательскую, и подарил этому миру много литературных произведений. Хотя кто знает, как бы сложилась история медицины, если бы он начал развивать именно лекарскую магию…
— Простите за вопрос, но не являетесь ли вы родственником Антона Павловича Чехова? — этот вопрос задал не я, а тот самый сосед по палате, который изначально подкараулил меня в коридоре. Ему уже стало любопытно.
— Это мой прапрадед, — прокашлявшись, улыбнулся пациент. — Меня назвали в честь него. От него мне досталась и писательская магия.
— Так вы тоже писатель? — ахнул сосед.
Ну всё, страхи о том, что Чехов ненормальный, полностью прошли. Теперь присутствующие готовы были разорвать Антона вопросами.
— Так, все вопросы будете задавать после моего осмотра, — строго заявил я. — Антон Николаевич, а вы рассказывайте, на что жалуетесь.
— Прежде всего, на кашель, как вы уже могли заметить, — ответил Чехов. — Он беспокоит меня уже давно, если честно. Я бы сказал, несколько лет.
Ох уж эти клинические ситуации, когда пациента несколько лет беспокоит кашель, но за помощью он не обращается!