Остаётся ещё один вопрос.
— Зачем вы мне это рассказали? — спросил я. — С чего вдруг такое доверие?
— Это и правда наверное странно, — фыркнул Жуков. — Но вы спасли мне жизнь. Я внезапно понял, что вы действительно легендарный лекарь. Поэтому я больше не хочу воевать. Я устал.
Такое откровение может быть связано и с тем, что я всё-таки влил немного магии психиатрическим аспектом. И мысли барона ненадолго прояснились. Но полностью вылечить его я всё равно не мог.
Эффект будет кратковременным. Его хватит на пару часов, максимум — на день.
— Я сейчас вызову вам специальную скорую, и отправлю в больницу, — заявил я. — Сделаю это незаметно для остальных участников бала. Но если вы всё-таки уверены, что вас отравил хозяин бала — подумайте, точно ли не хотите с этим разобраться.
— Я разберусь с ним по-другому, — ответил Михаил Игнатьевич. — Я отдам вам на хранение своё кольцо. Склады можно открыть только с помощью этого кольца. Рано или поздно он узнает об этом благодаря разведке. Но где моё кольцо — знать не будет. И допуска ему не видать.
Это решение было ещё более странным. По сути, Жуков отдавал ключ ко всем своим накопленным драгоценностям человеку, которого считал до этого главным врагом.
И если Филимонов об этом узнает, то проблемы могут быть уже у меня. Однако в таком случае я верну кольцо Жукову в больницу. Ещё один враг мне совсем не нужен.
— Вы уверены? — переспросил я.
— Знаете, всю жизнь гонялся за вами, — задумчиво ответил Жуков. — У меня нет семьи. Я оттолкнул от себя помощника, который был мне как сын. Как выяснилось, у меня нет и друзей. Так что мне просто некому доверить это кольцо. А вы единственный человек, который проявил доброту несмотря на все мои поступки.
Звучит с одной стороны логично, а с другой стороны — ужасно глупо. Из-за этого резко начать доверять своему врагу? Все-таки с мыслями Жукова отнюдь не все прояснилось, как мне показалось на первый взгляд.
Однако спорить я не стал — сейчас это бесполезно. Забрал кольцо и спрятал себе в карман.
Ещё раз проверил барона Жукова всеми аспектами. Затем оформил ему осмотр, используя найденную в кабинете ручку и бумагу. Вызвал специальную скорую, и, через другую дверь в комнате, окольными путями, вывел Жукова на улицу.
Мы даже отошли от особняка, чтобы точно никто не видел происходящего. Контакты специальной скорой у меня были, так как я работал врачом. Приехавшим фельдшеру и санитарам всё объяснил, что пациент неопасен, отправляется на лечение добровольно. Документы у него оказались с собой, а вещи не думаю, что вообще были.
И барона Жукова увезли, теперь уже в психиатрическую клинику. Интересно, увижу ли я его снова когда-нибудь?
Ну а я отправился назад на бал-маскарад. Как и подозревал, приглашение было неспроста.
— Стас, ну перестань, кто-нибудь может нас увидеть! — услышал я смутно знакомый голос, когда вошёл в фойе особняка Филимоновых.
Кто-то ворковал за колонной. Стоп, это же госпожа Филимонова!
— Никто не увидит, все веселятся на празднике, — а это, судя по голосу и торчащим перьям — тот самый мужчина-павлин.
— Всё равно надо соблюдать осторожность, — последняя фраза была произнесена Аллой Борисовной уж очень неуверенно.
А вскоре разговоры прекратились, и начались уже другие звуки. Маленький пунктик, по которому я тоже оказался прав — у госпожи Филимоновой интрижка с павлином.
«Только пойдём отсюда скорее, не хочу слушать это» — жалобно мысленно произнёс Клочок.
Полностью с ним согласен. Я вернулся на бал, и меня почти сразу же разыскал Никита.
— Дружище, что случилось? — взволнованно спросил он. — Я видел, как ты говорил с каким-то мужчиной, а потом он упал, а потом ты пропал!
Значит, стал свидетелем той сцены с Жуковым.
— Просто один знакомый перебрал с коктейлями, и ему стало плохо, — пожал я плечами. — Я оказывал ему первую помощь.
— Понял, — выдохнул Никита. — А я вот скучаю. Маргарита постоянно отскакивает здороваться с какими-то знакомыми. Она меня всем представляет, но в разговорах мне быстро становится скучно.
— Госпожа Фетисова — очень известная и уважаемая аристократка, так что привыкай, — усмехнулся я. — Подобное будет на всех вечерах. И лучше бы тебе не оставлять её одну.
— Но эти разговоры — это правда скучно, — поморщился он. — Я ничего не понимаю, просто стою рядом и киваю.
— Всё равно сопровождай её, ты же её кавалер, — укоризненно объяснил я. — По-другому никак!
— Ладно, — вздохнул Никита, и отправился на поиски госпожи Фетисовой.