С такой ответственной медсестрой моему Клочку стоит быть в десять раз внимательнее и осторожнее. А это как раз не про него, он то в вентиляции покалечится, то чуть медсёстрам не попадётся.
Рано или поздно эта бдительная Анна может его поймать.
— О чём призадумался, я тебя с того конца коридора зову! — подлетел ко мне Никита, выводя из раздумий. — Думаешь про завтрашний бал?
Уж про что про что, а про это я думал в последнюю очередь.
— А ты откуда знаешь, что я иду? — поинтересовался я.
— Так Маргарита рассказывала, — махнул рукой Никита. — Интересная всё-таки задумка. Все будут в масках, никого будет не узнать… Загадочная атмосфера, красивые дамы…
— Ты по всей вероятности одну даму будешь сопровождать, так что других оставь в покое, — усмехнулся я.
Сам я решил спутницу на бал не звать. Там будет полно свободных дам, и для танцев я кого-то найду. А сопровождать кого-то на протяжении всего приёма будет некогда. У меня были опасения по поводу этого бала, словно что-то должно было случиться.
— Господа, я тут краем уха услышал, что вы обсуждаете бал-маскарад у графа Филимонова? — к нам подошёл Валера.
Ага, краем уха. Стоял и специально нас подслушивал, я это прекрасно видел. Просто решил не обращать внимания, мы не обсуждали никаких секретов.
— Тебе-то что? — сразу помрачнел Никита. — Иди куда шёл!
— Дело в том, что наш род тоже пригласили на это мероприятие, — невозмутимо ответил Валера. — И очень рад, что там будут ещё и знакомые люди!
Лицо Никиты скривилось ещё сильнее. Прямо видно было, как он изо всех сил пытается сдержать себя в руках.
— Не лезь в чужие разговоры, — ещё раз повторил он, сжав кулаки от злости. — И главное, не лезь к моей даме на балу! Второй раз я этого тебе не прощу!
— Понял, — усмехнулся Валера. — До встречи на бале-маскараде у барона Филимонова!
Барон Филимонов сидел с бокалом в руках, задумчиво наблюдая за огнём в камине. Его жена вовсю хлопотала над завтрашним балом-маскарадом.
— Милый, спасибо ещё раз тебе за такой чудесный сюрприз, — затормозив возле него, в который раз сказала она. — Прибудут такие важные гости! Я продумала такую программу! Всё будет в лучшем свете.
— Ты у меня умница, — рассеянно ответил Филимонов. — Всё для тебя, родная.
Супруга вновь побежала кому-то звонить и о чём-то договариваться, а барон всё продолжал думать.
О Жукове. Он попросил позвать на этот бал род Боткиных, а за это обещал старинный артефакт Галена — водные часы. Хотя денег сейчас у Жукова почти не было, артефакты, по-видимому, он продавать не стремился.
Почему? Ответ один — склад в другом городе. Склад…
Вряд ли у барона Жукова там только один артефакт. Он же археолог! Который всегда плевал на все правила обнаружения реликвий, и просто забирал всё себе. Там могут быть такие артефакты и ценности, которые Филимонову и не снились!
А за помощь Жуков пообещал какие-то жалкие водные часы… Нечестно.
Решение всё росло и росло внутри у барона Филимонова. На балу надо надавать на Жукова, потребовав большей оплаты…
А ещё лучше — забрать всё.
Под конец рабочего дня я вернулся в ординаторскую, чтобы дозаполнить истории болезни. Всю работу с документацией уже по привычке я делал вечером, когда срочных дел с самим пациентами нет. Очень удобно.
— Птенец Константин, а вам тут письмо под дверь подсунули, — ехидно заявил Зубов, протягивая мне конверт. — Дайте угадаю, это та хозяйка трусиков?
— Ну наконец-то, я уж думал вы совсем перестали обсуждать хоть что-то интересное! — ворвался в ординаторскую Терентьев. — А нет, просто интересненькое вы двое обсуждаете теперь по вечерам!
Я забрал у Михаила Анатольевича конверт. Так, и что у нас здесь?
Внутри оказалась очень лаконичная записка: «Тебе не стоит ходить на бал-маскарад».
Глава 3
Терентьев и Зубов чуть носами не столкнулись, пытаясь заглянуть в мою записку. Михаил Анатольевичу это сделать удалось, и теперь он с интересом смотрел на меня.
— Что за бал-маскарад? — поинтересовался он.
Вот много положительных черт характера у моего наставника, но и отрицательных тоже хватает. И чрезмерное любопытство — как раз одна из них.
— Праздничный приём у барона Филимонова, — задумчиво ответил я. — Мою семью пригласили на него.
— Ух ты, пух ты, труляля, — непонятно выругался Терентьев. — Вообще-то это очень шикарный приём. Филимонов не приглашает абы кого. Ох, то есть я не это хотел сказать…