Разъяренный слуга, черной молнией вылетел из автомобиля, чтобы посмотреть кого именно угораздило попасть под его колеса. Он очень не завидовал этому существу. Даже наказание, не пугало его. Ему было необходимо выпустить едкий пар смертельного раздражения. Это буквально, выглядело именно так... Из его рта валил пар. Гнев, разгораясь ядовитым пламенем, разрастался в его бездушном, полом скелете.
Полицейские что стояли неподалеку, уже заметили аварию. Одна из инспекторов, спешит к его машине. Двое других смотрят ей вслед, собираясь присоединиться позже.
Рассерженный слуга Черного понял, что у него не так много времени на испепеление неугодного. Кто-бы это ни был, его существованию остались секунды.
Он наклонился и посмотрел вниз на помятый бампер его идеального, черного, автомобиля.
На земле перед ним лежало существо пол которого он не сумел определить сразу. Бритая голова и лицо в крови не помогало идентификации. Однако, грязно-розовая майка “хэлло китти” и леопардовые лосины намекали, что скорее всего это женщина. Вернее, она была когда-то ею. Сейчас, это бесполое существо, лишь убогая, зловонная бомжиха.
“Невелика добыча… Ну, что есть…”
Он поднял руку, желая одним щелчком покончить с этой унылой жертвой. В этот момент, жалкое существо подало, весьма впечатляющий по своей силе, голос:
— Кыш, на свое место!
Эти простые слова, заставили Петрушу преобразиться. Он весь сжался словно от невыносимой боли. Ощетинившись словно черный кот и с той же легкостью, он запрыгнул на капот машины. Где в привычной для себя манере, уперся всеми четырьмя конечностями и громко зашипел, испуганно глядя вниз.
Неизвестно что случилось бы дальше, но в этот момент инспектор полиции, подбежала к “пострадавшей”, сообщая по рации, что требуется "скорая".
К ее удивлению “жертва”, без всякой сторонней помощи, легко поднялась и вытирая ладонью кровь с лица, спокойно ответила ей:
— Зоя, благодарю за заботу, но уверяю вас, я в порядке.
Девушка-полицейская удивилась обращению по имени, но не изменила своего решения. Она настойчиво уложила ”пострадавшую” обратно на асфальт, подложив ей под голову свой китель. И до прибытия скорой не разрешила ей двигаться.
Петруша, воспользовался этой заминкой и незаметно ускользнул обратно в свой автомобиль.
Пустой автомобиль. Совершенно без признаков его хозяина.
Черный, ожидаемо покинул эту реальность, не желая лично встречаться с той, которая сейчас говорила с Зоей.
Этот факт заставил Петрушу снова выругаться по-человечески...
Спустя десять минут, после безуспешного требования открыть дверь, двое крепких полицейский выбили стекло черного автомобиля. Открыв дверь и заглянув внутрь, они тотчас отпрянули назад от увиденного.
Черный змей разматывая десятки колец смотрел на них своими красновато-янтарными глазами, решительно устремляясь к выходу. Словно вытекшие чернила, змей проскользнул на землю и бесшумно исчез в густых зарослях придорожного кустарника.
А совсем недалеко от событий на объездной, в старом парке по прежнему было тихо и безлюдно.
Ровно через десять минут как Алексеев вошел в парк он встретил своих друзей. Костю и Дину Герасимовых. С ними его познакомил Петрович, друживший с Герасимовым с детства.
Рыжий и высокий, нескладный как окаменевшая саранча — Гера, он же Костян, обаятельный хохмач и пошляк. Неисправимый матерщинник. Ни одного слова не было им произнесено без похабщины и насмешки.
За эти годы, Никита и сам здорово сдружился с семьей Герасимовых. Сам Костя и его жена Динара за неимением родных детей, привязались к Алексееву как к родному сыну. Называя его “наш большой малыш”. К тому же, Дина очень вкусно готовила. Больше всего Никита любил ее домашние пирожки на кефире.
Не выпуская из рук пластиковую бошку торгового манекена, Гера тянул Алексеева к своей “четверке”. Желая лично продемонстрировать другу, какую “неебическую обувку” он приобрел для своей “малышки”.
“Малышка” о которой речь, не его любимая жена Дина, а автомобиль “жигули” модели ВАЗ 2104, кофейного цвета.
Никакие отговорки Никиты, что его ждет Петрович не возымели эффекта на Геру. Он сказал что они хотя бы подвезут его к назначенному месту. Заодно, пусть оценит ход его “малышки”. Динара поддержала мужа, силой увлекая “большого малыша” за собой.
Пока Костян вез Алексеева на встречу, травя пошлые анекдоты. Его жена, деловым жестом, перекладывала из своей сумки в отдельный бумажный пакет с десяток горячих, домашних пирожков для Никиты.