Алексеев хотел продолжить эту нить самобичевания, но внезапно, его кто-то окликнул:
— Эй!
Никита обернулся на это восклицание.
Вера.
Именно она стояла позади него.
— Ты не сказал как тебя зовут. Хоть это, я могу получить от тебя, сегодня?
Алексеев усмехнулся, но не двинулся с места. Затянулся сигаретой и произнес на выдохе, глядя себе под ноги.
— Никита…
Она ничего не ответила ему. Просто ушла. Он слышал ее шаги за спиной, но не повернул головы. Не хотел смотреть как Вера уходит.
Но он ошибся. Она не ушла.
Алексеев это понял только когда ее ладони коснулись его щеки. Отобрав у него сигарету, Вера откинула ее в сторону. Не глядя никуда, только на него.
Никита поднял глаза и увидел ее улыбку, искреннюю и чистую. Вера смотрит ему в глаза и ее пальчики нежно скользят по его лицу.
Улыбаясь, она обняла его и трепетно вздохнув — поцеловала.
Когда мягкие, горячие губы Веры коснулись его рта, он сам не понял каким образом его руки уже были на ее талии, прижимая ее к себе.
Захватив ее чувственный рот своим, он не мог перестать ласкать ее губы, запоминая их сладостный вкус. Поцелуй Веры, был именно таким.
Не прекращая целовать ее и на секунду, Никита Алексеев осознал, что до этого момента, никогда не был счастлив.
...
Если бы в этот момент, увлеченная страстным поцелуем парочка взглянула в сторону дороги, то заметили бы столб пламени. И было непонятно. Пламя пыталось коснуться неба или же это небеса обрушили свой очищающий огонь на провинившихся?
Однако, все было проще. Сигарета, откинутая Верой, словно пуля выпущенная невидимым снайпером, упала под колеса черного автомобиля. Охваченный адским пламенем он вилял по дороге словно раненый вепрь, оставляя позади себя черный хвост из дыма и огня.
***
Глава 7. "Триумф"
Вера. Никита. Мокко после хорошего секса. Святая вода. Петрович лишается кубышки. Ветер в волосах
Алексеев сидел на краю тахты и любовался изящными изгибами обнаженной фигуры Веры. Лежа на спине в позе бегущей нимфы, положив одну руку поверх головы, она крепко спала. Ее стройная, загорелая нога лежит поверх белоснежной простыни, открывая Никите вид на ее торчащую, упругую попку, манящую к себе его взор.
Он понимал что малейшее прикосновение разбудит ее. Искушение было слишком велико и Алексеев с удовольствием поддался ему. Наклонившись вперед, он провел ладонями вдоль ее бедер, пока его пальцы не сомкнулись на упругих холмиках ее ягодиц. Жадно обхватив их руками он приник ртом к бархатистой коже. Слегка покусывая, он целовал и ласкал языком нежную мякоть, чувствуя солоноватый привкус на своих губах. Наслаждаясь каждой секундой и распаляясь все сильнее, он встал на колени, поверх нее, упираясь ногами в жесткую поверхность тахты. Таким образом ее загорелая фигурка оказалась между его ног.
Медленно ведя ладонями по ее оголенной спине вверх, к ее шее, он запустил пальцы в шелковистые волосы. Услышав ее тихий смех с легкой хрипотцой в голосе, Никита и сам улыбнулся.
Вера приподняла голову и очарованно впилась взглядом в своего обнаженного мужчину, что возвышался над ее телом. Она игриво улыбнулась и не успев прикрыть ладонью рот, мило зевнула, сделав глубокий вдох, который тотчас утонул в его губах.
Никита захватил ее рот, поглотив его в поцелуе. С той самой секунды как губы Веры впервые коснулись его рта, он не мог перестать целовать ее.
Вот и сейчас, он дразнит ее, целуя ее улыбку и слышит ее “доброе утро” и неизменное “хочу тебя”.
Он не отвечает ей. Молча прижимаясь губами к ее шее он крепко, всей пятерней захватывает ее волосы, удерживая ее лицо недвижимым. Она смеется и глубоко вздохнув, охает. Вере нравится как он целует ее. Словно дикарь метит зубами свою самку, показывая, что этот поцелуй его личная добыча.
Ее заводят его властные жесты и то, с какой решимостью он забирает ее всю. Она дрожит в предвкушении, ее рот маняще открыт, призывая его к очередному поцелую. Снова и снова, властно захватывая ее рот, он целует ее, лаская и покусывая ее губы, ее шею и плечи, заставляя ее извиваться под ним, выгибая спину, касаясь его маленькими ступнями с аккуратными пальчиками.
Вера развернулась к нему, приподнявшись на прямых руках. Она смотрит прямо на него, делая один глубокий вздох за другим, отчего ее упругая грудь взволнованно вздымается. Никита смотрит на нее сверху вниз, сквозь чуть прикрытые веки. Не прерывая молчаливый зрительный диалог, он наклоняется к ней. Легко обхватив Веру рукой под талию, он скользит языком по ее груди, касаясь ладонью и впиваясь губами в озорно торчащие соски. Он крепко сжимает их губами и пальцами, захватив целиком, отчего Вера охает, задрожав всем телом.