— Никита. Если ты не откажешься от испытания. Я не приду больше. Решай, сейчас. Я устала каждый день бояться и обдумывать, что с тобой что-то страшное произойдет, если все пойдет не так… Но даже если все у тебя получится, нет гарантии что ты прежним останешься. Верно? Ты даже не знаешь какой результат будет!
— Вер… Так. Раз мы серьезно говорим. Не нужно этого. Я два раза не решаю. Не раз объяснял уже. Не бей меня в спину, вдогонку. Так не честно. Это шантаж…
— Честно? Шантаж? А честно делать выбор в пользу бездушной машины выбирая не меня? Да, пошел ты!
Вера схватила свою сумочку и пошла к выходу. Хлопнула дверью и через секунду я услышал рев ее машины. Что поставило жирную точку в наших кратких отношениях. С момента как я попросил ее стать моей девушкой и пяти минут не прошло…
“Дерьмо…”
Я пнул стул, что стоял рядом и тру лицо. Надо было пойти за ней. Успокоить.
Чушь.
“Зачем я лгу себе? Я не хотел ее успокаивать. И останавливать ее не собирался.”
Охуенная она конечно девчонка. Мне вовек такой не получить больше. Но бля, доебалась на чистом месте! Я же ее с самого начала предупреждал. Говорил об испытаниях… Какие ко мне претензии?
То, что она предъявила мне их “задним числом”, мне не понравилось.
“Решай…”
Это только ей, со стороны, кажется невинным и искренним так заявить. Как по мне, это подло.
Она с самого начала знала, что я за зверь… Я не скрывал свои приоритеты. Да, за этот месяц, сама по себе Вера стала топом моих предпочтений во всех смыслах...
Но ни одна девчонка, даже столь охуенная, мою тягу к науке не перешибет… Ну вот такой я лох, видимо. Делаю тупой выбор и еще смею гордиться, что отстоял свое право быть собой.
Что сейчас, равносильно кастрации…
Ну и пох. Решил я, значит.
Снова, я один? Значит, один.
Но не об этом я думаю сейчас. Озвучила она, мои мысли и мои страхи. Вера, девочка, ей можно. А я брутальный мачо под два метра, мне даже думать о этом не полагается.
Но я думаю. Так же как она. Просто не имею смелости так же просто, признаться себе, что до уссачки боюсь остаться овощем или вроде того. Уж лучше пусть поджарит мозги до финиша, чтобы с концами…
Но и второй вариант, Вера очень тонко подметила. Про гения… Каково это?
Я думал о рисках, но про удачный исход — нет. Права она. Так или иначе, вся моя жизнь изменится… После испытания меня прежнего, уже не будет.
Слабый голосок внутри, вторил Вере — “откажись…”
Но что-то внутри, посильнее меня, словно накрыло сознание тяжелым колоколом и не отпускает. Я пройду это.
Вера…
Она мой сияющий луч счастья, цельный и неугасающий. Нежный ароматный цветочек и сладенькая моя девочка. Вот такие розовые, романтичные сопли у меня в башке. Это, Вера хотела услышать?
Как я мечтаю быть с ней каждую секунду своей жизни, не прерывая наш секс ни на минуту…
Тушу я всю эту лабуду, что чувствую к ней. Вера, девушка вниманием не обделенная. Уверен, слышала всякие признания. Поэтому молчу. Заливаю ей то, что попроще. Как тогда, про сиськи… Хотя, это тоже правда. Такая уж она идеальная для меня, что внутри, что снаружи…
Знаю, никуда Вера не ушла. Злится на меня, да. В ближайшие пару дней ее не будет. Но нас, все равно потянет друг к другу. И это может длиться так долго как долго я буду откладывать неизбежное.
Надо взять яйца в кулак и пройти испытание, как можно скорее.
Хоть сегодня.
До того момента, как разлука с Верой, заставит меня принимать судьбоносные решения подсказанные мне моим членом. Нобеля за это, точно не дают…
Беру телефон и пишу Петровичу пока решимость, свежа в сознании.
“Давай, сегодня. Я готов. На 100%”
Ответ пришел быстро.
“Удивил. Сделаем. На дежурстве обсудим или раньше?”
Дежурство в ночном клубе в ДК начинается в четыре вечера. Неплохое время.
“На дежурстве”
“Давай, Гений. Готовься ехать за Нобелем!”
“Может просто, ради науки?”
“Не снижай планки, Никитос. Ясен-красен ради науки все, но Нобель — наш!”
Никита усмехнулся, но глядя на эти сообщения, задумался.
Если сегодня его последний день в прежнем состоянии, то где, как и с кем, его провести?
Вера.
Имя это всплыло в его сознании одним из первых.…
Провести весь день между ее ног, утонув лицом в любимых Верыных сиськах, было бы неплохим окончанием, довольно безликой, по его мнению, жизни.
Но увы.
Алексееву предстояло найти достойное занятие на эти три-четыре часа до дежурства…
…
А в это же время черный, блестящий автомобиль лавируя между луж въехал во двор, доселе ими игнорируемый. Здесь, с некоторых пор, жил начальник и коллега Алексеева, Арсений Петрович Бывших, в квартире своей зазнобы.