Демон не отрываясь впивался взглядом в бывших демонических собратьев и негромко произнес.
— Если кто снова посмеет мешать мне или как вот сейчас, надумает лезть спасать меня, я буду гораздо менее добр и в следующий раз, не уничтожу так быстро, а устрою пытку с размахом, невиданным до сих пор… Всем ясно?
Обернувшись к музыканту к которому присоединились его друзья, Темнейший снова поднял руки вверх.
— Смелее! Адского огня у меня нет, ваша чернокрылая подруга, Серафина, постаралась. Мы с ней, вроде как, поменялись шкурами… Но уверяю, я все еще способен прикончить всех вас легким взмахом мизинца, если и дальше будете медлить.
В ту же секунду зарево света пронеслось над его головой и ударило в грудь демону. Темнейший упал на землю и его белоснежные крылья с обгоревшими перьями словно обугленные ветви, раскинулись на снегу. Ангельская инквизиторша не без удовольствия смотрела на свой светящийся меч. Именно она поразила демона. Ненадолго покинув пределы смертного тела, она воспарила над музыкантами не желая пропустить казнь Темнейшего. Возвышаясь посреди мрачного тумана, снова и снова она прожигала светом своего клинка бездушную грудину старейшего демона. Истерзанное тело мрачного властелина уже не выглядело устрашающим как прежде. Его плечи поникли и белые крылья безвольно свисали вниз. Сияние карающего меча крылатых, лишило его сил, отчего с тусклым свечением каждая из сотен душ отнятая этим демоном, наконец смогли покинуть его растерзанное тело.
Столп чернильной копоти извергался из глаз и рта Темнейшего. Словно живая сущность, Тьма, лишившись тысячелетнего укрытия в теле демона, уползала в сторону своего мрачного войска.
Громкие вспышки от ударов светового меча разлетались искрами по всему полю. Серафима понимала почему демон не сопротивлялся. Она прикрыла лицо ладонями, позволяя слезам беззвучно катиться по ее щекам.
Очередная вспышка подпалила крылья Темнейшего, что вспыхнули словно сухая солома. Сияющий луч света бесцветным огнем взметнулся в небеса причиняя демону новые страдания.
Серафина метнулась к нему на помощь, но Варахиил остановил ее. Она закричала, глядя как огонь пожирает крылья бывшего демона, не оставляя ему шанса на спасение. В этот момент Темнейший издал крик смешанный со стоном, но это не был вопль боли или отчаяния. Это была вполне четкая и понятная фраза обращенная к Варахиилу.
— Не медли! Сейчас!
Демон успел расправить свои обожженные крылья и через секунду световой луч пронзил его истерзанное тело. Но его мощные, обугленные крылья не дрогнули, надежно прикрывая в своей тени Серафину. Варахиил сдержал слово и Серафина воспарила с его помощью вверх, прямо к лучу света, что пронзал Темнейшего. Как только свет коснулся крыльев ангельской девы, всех озарила вспышка зарева не виданного до этого.
Чернокрылая Серафина засветилась сотней лучей, источая ангельское сияние каждой частичкой своей кожи. Яд адского клинка словно дым выветривался с ее кожи, не оставляя и следа.
Темнейший издал громкий рык с силой сжав руки в кулаках, потому что свечение окрепнувшей ауры Серафины приносило ему невыносимую боль и мучения. Слой за слоем, тысячелетняя темная сущность покидала его тело не выдерживая очищающий свет ангельского сияния.
Так же внезапно как и появилось, небесное свечение погасло. Ангел и демон упали вниз. Темные следы крови что сочилась из его ран, растекаясь, окрасили крылья демона в багровый цвет. Впечатавшись в промерзшую землю, демон делал один глубокий вздох за другим, каждый из которых угрожал стать последним. Но ему не было до этого дела, он не отрываясь с умиротворением смотрел в синие глаза той, которую все же сумел спасти. Серафина не сдерживала слез. Она упала лицом на израненную грудь демона и скрыв их своими темными крыльями, прощалась с ним.
...
Глава 22. Меч
Сехен и Серафина. Марья Филипповна бушует. Крылья темные, крылья светлые. Изгнание. Варахиил размышляет. Автомобиль для демона. Пробуждение. Вера.
— Серафина, посмотри на меня…
Ангельская дева поднимает глаза и с удивлением смотрит в лицо демону. Он изменился. Сейчас на нее смотрел русоволосый юноша с холодными глазами цвета стали. Лишь его истерзанное тело, выдавало кто он на самом деле.
Серафина провела ладонью по его щеке и улыбнулась. Этот юноша смотрит на нее так проникновенно, спокойно и с большой нежностью. Она смущенно отводит глаза, но его изменившийся, уверенный голос дает ей надежду.