— Я тоже.
— Лорд Хан положил руку на плечо Хантера. Он наклонился и заговорил с серьезным выражением лица. Хантер скрестил руки на груди; ему не понравилось то, что ему сказали.
— Что ему сказали? — я спросил.
— В этом — то и загадка, не так ли? Ладно, быстро, посмеемся. Они закрывают собрание, и Хантер направляется сюда. Он выглядит раздраженным.
Я не смеялся, но все же последовал за Хантером в лес.
По тому, как он топал и быстро двигался, было легко угадать его настроение. Когда я наступил на ветку, которая сломалась и издала громкий звук, Хантер обернулся посмотреть, кто за ним следует.
— Чего ты хочешь?
— Хантер, что происходит? Они рассказали тебе что — то о Соло, не так ли?
— Д а.
— Я знаю, что был пьян прошлой ночью, но я все еще помню, что ты рассказал мне об Уиллоу и Соло. Ты можешь доверять мне. Если Уиллоу в опасности, мы можем уйти прямо сейчас.
Хантер подождал, пока я поравняюсь с ним, прежде чем заговорить.
— Они пришли предупредить меня, что Соло может появиться.
— Здесь?
— Да, он был приглашен, так что имеет полное право участвовать.
— Нет, если он убил свою жену.
— Ч то? — лицо Хантера исказилось в виде большого вопросительного знака. — О чем, черт возьми, ты говоришь?
— Помнишь, вчера нам рассказывали о деле о домашнем насилии, когда мужчина убил свою жену?
— Д а?
— Они пришли сразу после этого, чтобы предупредить тебя, поэтому мы с Шелли подумали, что, возможно, Соло был тем мужем.
— Это нелепо.
— Это не он?
— Н ет! — Хантер всплеснул руками. — Соло — член команды по борьбе с насилием в семье.
— Не может быть. — Команда по борьбе с насилием в семье была специализированным подразделением под руководством Магни, которое расследовало заявления и разбиралось с правонарушителями. Лорд Хан придерживался многовековой политики абсолютной нетерпимости к насилию в отношении женщин.
— Эти парни жестоки. Ты уверен, что Соло в этом замешан?
— Магни сам это сказал.
— Тогда почему они тебя предупреждали?
— Потому что он говорил о своем приезде?
— Сюда?
— А куда еще, черт возьми, он мог приехать?
— Они сказали, когда?
— Может быть, сегодня вечером или завтра. Они не знают, появится ли он вообще.
— Что ты собираешься делать?
Хантер развел руками.
— Я не знаю.
— Тебе нужно поговорить об этом с Уиллоу. Позволь ей решить, хочет ли она остаться или уйти.
Откинув голову назад, Хантер провел руками по волосам.
— Я не могу!
— Ты должен.
— Перл и лорд Хан хотят, чтобы я держал это в секрете.
— Тогда почему они сказали тебе?
Хантер никак не мог успокоиться. Он присел на корточки, подобрал веточку и стал тыкать ею в землю, делая резкие движения.
— Потому что они не хотят повторения нашей последней ссоры. Они попросили меня пообещать не нападать на Соло, если он появится.
— Это серьезный вопрос.
Хантер встал и сплюнул на землю.
— Хочешь знать самое худшее?
Он не стал дожидаться моего ответа.
— Они сказали, что пытаются защитить меня. Что моя футбольная карьера может оказаться в опасности, если я получу травму. Как будто я, черт возьми, не умею драться. Я первоклассный спортсмен и грозный боец.
— Они это знают. Все вы, ученики, были отобраны, потому что каждый из вас был самым сильным и свирепым воином для своего возраста.
— Это верно. Я смертоносен и не боюсь Соло. Если он приблизится к Уиллоу, я убью его.
Я подошел на шаг ближе и положил руку Хантеру на плечо.
— Послушай, ты злишься и беспокоишься об Уиллоу. Я понял. Но я вынужден с ними согласиться. Вступать в драку с Соло будет не лучшим решением. В то время он был лучшим бойцом, и то, что он был элитным солдатом, вероятно, не остановило его.
Хантер прищурился.
— Ты же не думаешь, что я не смог бы с ним справиться?
— Черт возьми, я не думаю, что я смог бы с ним справиться, Хантер.
Хантер развел руками.
— Что это должно означать? Я мог бы побороть тебя в любой день недели.
— Конечно, если бы мы играли в футбол.
— Пошел ты.
Я рассмеялся.
— Пошел ты.
— Ты пытаешься заставить меня драться с тобой?
— Если это то, что нужно, чтобы заставить тебя успокоиться.
Хантер усмехнулся, сжав челюсти и раздувая ноздри.
— Я спокоен.
Мои губы растянулись в улыбке.
— Я никогда не видел тебя таким спокойным.
Его чувство юмора все еще было подавлено гневом, но он отбросил ветку, за которую держался, и пошел обратно к школе.