— Я бы не возражал, если бы она немного прибавила в весе, но да, она оказывает значительное влияние на меня.
Остальные мужчины рассмеялись.
— Вы смеетесь над нашими танцами? — спросила Рошель, надув губки.
— Нет, они восхищаются твоими движениями, — крикнула я в ответ.
Откуда — то сбоку появилась Рейвен с листьями в волосах.
— Эй, я тоже хочу потанцевать, — сказала она и положила лук и стрелы. — Мы с Платоном почти поймали белку, но она была слишком быстрой.
Мужчины, игравшие в карты, подняли головы.
— Я никогда не встречал белку, которая была бы слишком быстрой для моего ружья, — сказал Натан. — Зачем ты возишься с луком и стрелами? Сейчас, бл*дь, 2447 год, а не средневековье.
— Ты тоже ходила на охоту? — Рошель бросила на Рейвен многозначительный взгляд, который Рейвен пропустила, потому что снимала с себя футболку, оставшись в одной майке.
— Боже, как жарко, — сказала она и вытерла лоб.
Уиллоу помахала Рейвен рукой.
— Присоединяйся к нам, если хочешь.
— Эй, Рейвен, — улыбнулся ей Неро. — Если здесь так жарко, почему бы тебе не снять остальную одежду?
Рейвен одарила его преувеличенной улыбкой и, покачивая бедрами, придвинулась к нему поближе.
— Давай заключим сделку, Неро. Если я сниму свою одежду, ты тоже наденешь что — нибудь поудобнее?
Его самодовольная улыбка стала шире, а голос стал глубже.
— Вот теперь ты заговорила. Во что бы ты хотела, чтобы я переоделся?
Рейвен озорно улыбнулась.
— Нет, я подумала, ты мог бы переодеться во что — нибудь расслабляющее, например… ну, я не знаю, может быть, фиговый листочек.
Мужчины разразились хохотом.
— Сначала она надрала тебе задницу этим утром, а потом снова уложила на лопатки. Когда ты наконец научишься не связываться с Рейвен?
Неро скрестил руки на груди.
— Я должен был позволить ей победить. Она женщина, а женщины чувствительны.
Рейвен уже отошла и теперь следовала указаниям Уиллоу, когда появилась Мила с корзинкой в руках.
— Кто хочет поиграть в какие — нибудь игры для вечеринки?
— Извини, Мила, у нас сейчас напряженная карточная игра, может, позже, — солгал Шторм. — Почему бы тебе не пойти на урок танцев к Уиллоу? Я уверен, что им не помешала бы еще одна фея.
Мила опустила плечи.
— О, ладно. Думаю, я смогу это сделать.
Только три часа спустя, когда вернулись лорд Хан и Магни, у Милы снова появился шанс.
— Теперь, когда мы все в сборе и ужин окончен, я подумала, что было бы забавно поиграть в одну из игр, которые я приготовила для нас, — сказала она и огляделась в поисках поддержки.
— Я поиграю. — Ники и еще несколько жителей Родины вызвались помочь.
— А как насчет тебя? — спросила она Хантера, и мне пришло в голову, что она сильно рискует. Если Хантер скажет «да», другие мужчины, скорее всего, согласятся. Но если он скажет «нет», у них не будет шансов сыграть.
— Хантер сыграет, — сказал Марко и встал. — И я тоже.
Мой желудок трепетал, как будто десять птиц одновременно взлетели с ветки. Это была одна из причин, по которой я любила Марко. Он был готов высмеять себя, чтобы сохранить лицо в глазах других. Я видела, как он позволял мальчикам побеждать его, когда им нужно было придать уверенности, а теперь он видел, как Мила старается привлечь внимание северян своими играми — вечеринками, и галантно приходил ей на помощь.
Хантер поднялся со своего места так медленно, что казалось, будто он поднимает не только себя, но и тяжелую груду внутреннего сопротивления коллективным играм.
— Для этой игры нам нужны четверо мужчин и четыре женщины, — инструктировала Мила.
— Я помогу, — сказала я, вдохновленная добрым поступком Марко.
— А ты, папа, сыграешь? — Мила моргнула, глядя на Магни, который напрягся.
— Эээ… Я думаю, это игра для молодых людей. — Магни указал на Платона и Султана, но они были заняты тем, что пили пиво.
— Пожалуйста, папа.
Он вздохнул.
— Ладно, думаю, мы с Боулдером сможем это сделать.
Боулдер, сидевший рядом с Магни, с грохотом опрокинул свой стакан с пивом.
— Почему я должен страдать только из — за того, что ты не можешь сказать ей «нет»?
— Пошел ты. Если я это делаю, то и ты тоже.
Люди смеялись, когда два огромных воина направились к центру площадки, где мы наслаждались ужином.
— Итак, прежде всего, я думаю, мы должны поприветствовать наших восьмерых добровльцев, — начала Мила, и мы все захлопали.
— Это импровизационная игра, и у нас будут соревноваться две команды. В каждой команде будут двое мужчин и две женщины.