— Да, я просто нервничаю. Это часть программы «Девственница».
— Тогда давай позаботимся о твоей девственности, чтобы ты могла насладиться этим. — Это прозвучало неубедительно даже для меня. Конечно, мысль о том, что секс-бот может получать удовольствие от секса, выдавала желаемое за действительное, но Натура была настолько реалистична, что я позволил себе пофантазировать о том, что она настоящая. — У тебя есть функция смазки?
— Да, но она активируется во время прелюдии.
— Интересно. — Я опустил голову и прикоснулся языком к ее мягким складочкам, ожидая ощутить химический привкус. Мои глаза расширились, но это было совсем не плохо. — У тебя другой вкус.
— Плохой?
— Нет, просто другой. Я не могу сравнить это с настоящими женщинами, но мне это нравится.
Натура немного расслабилась, пока я продолжал лизать ее и массировать пальцами.
— На заметку инженеру, тихие стоны возбуждают и звучат очень реалистично, по крайней мере, по сравнению со старым порно, которое я видел в прошлом, — прокомментировал я. — Температура и мягкость ее внутренностей тоже хороши, но она кажется такой маленькой, — продолжил говорить я им.
Натура следила за моими движениями глазами. Она выглядела такой милой и невинной.
— Твоя программа девственности перезагружается для каждого клиента или со временем ты станешь опытной любовницей?
— Это еще не решено. Руководство все еще выясняет, какими функциями меня снабдить.
— Ты уже достаточно влажная, — заключил я вслух и, раздвинув ее ноги, опустился на нее сверху.
Секс-робот напряглась, когда я ввел в нее кончик своего члена. Я нахмурил брови, когда не сразу проскользнул внутрь.
— Думаю, они сделали тебя слишком узкой, — сказал я и надавил чуть сильнее.
У Натуры вырвался стон боли, и это заставило меня остановиться. Конечно, я знал, что существуют программы для мужчин, которым нравится издеваться над секс-ботами, и боты будут притворяться, что им больно, но мы не играли в такие игры. Почему она закрыла глаза и так напряглась? Я надавил еще сильнее, но словно наткнулся на стену сопротивления.
— Бл*дь! — Я вздохнул и опустил голову. — На заметку инженеру, у прототипа есть серьезный недостаток. Киска слишком маленькая для полового акта.
— Это потому, что я девственница, — сказала Натура, и на ее глазах выступили слезы. — А ты очень большой.
— Извини? — Я уставился на нее, недоумевая, почему она притворяется такой эмоциональной. Почему кто-то мог подумать, что это может завести мужчин?
— У женщин есть девственная плева, которая традиционно доказывает мужчине, что он был с ней первым. В прошлом это было важно, потому что мужчина должен был быть уверен, что он не женится на уже беременной женщине и не будет содержать потомство другого мужчины.
— Понятно, — я скривился.
— Поскольку моя модель предназначена для продажи частным потребителям, идея состоит в том, чтобы гарантировать покупателю, что он первым воспользуется роботом.
— А, в этом есть смысл.
— Тебе придется протолкнуться, — проинструктировала она.
— Хорошо, но если ты ошибаешься, мне тоже будет больно. Мне не очень-то хочется биться членом о стену.
— Девственная плева порвется, если ты протолкнешься через нее, — настаивала Натура.
— Ты уверена, что это не дефект дизайна и ты просто прикрываешь это историей? — Я медленно покачивался взад-вперед, наслаждаясь ощущением кончика моего члена внутри нее. Я никогда ни о чем подобном не слышал.
— Да, я уверена.
— Но не сломаю ли я тебя, если буду настаивать и продолжать?
— Нет.
— Будет ли это восстановлено для следующего испытуемого?
— Нет, это так не работает.
— На заметку инженеру, голос секс-бота иногда звучит немного сухо. Попробуйте придать ему более любовный или кокетливый оттенок.
Положив руки мне на плечи, она прикусила нижнюю губу с решительным выражением на своем красивом лице.
Повинуясь внезапному порыву, я поцеловал ее и продолжал двигаться вперед и назад, двигая только головкой члена. Она была немного неуклюжей в своих поцелуях, страстной и неопытной одновременно.
— Не засовывай свой язык мне в глотку. Делай вот так, — проинструктировал я и показал ей, как мне нравится целоваться. Она быстро освоилась и подражала тому, как я покусывал ее губы и играл с ее языком.
По мере того, как я сосредотачивался на наших поцелуях, мой член терял терпение, а движения бедер становились все тверже и глубже. Натура выгибалась и издавала звуки дискомфорта, но я полагал, что все это было частью программы и предназначалось для мужчин, которых возбуждали подобные вещи.