Я изобрела это приспособление не потому, что была тщеславной. Правда заключалась в том, что в подростковом возрасте у меня были ужасные прыщи, не говоря уже о густых сросшихся бровях. Сколько я себя помню, множество доброжелательных людей давали мне непрошеные советы по моде и уходу за кожей. Я никогда не обращала на это особого внимания, поскольку для меня было около миллиона других, более важных вещей. Идея создания устройства CBC пришла мне в голову, когда моя сестра Рошель высказала свое мнение около года назад. Мы были дома у нашей мамы, когда Рошель обратила внимание на то, что я снова одета в неподходящий наряд, а мои ногти потрескались и стали неухоженными.
— Когда ты наконец начнешь гордиться тем, как выглядишь? Еженедельный визит в салон красоты не должен быть слишком тяжелым, — пожаловалась она.
— У меня нет времени, — ответила я.
— Это важно, Шелли.
— Не для меня.
В тот день Рошель раздраженно обратилась к моей матери:
— Клянусь, когда-нибудь я прокрадусь к Шелли и сделаю ей маникюр, пока она спит.
Эти слова не выходили у меня из головы в течение нескольких дней и вдохновили меня на создание того, что стало самой популярной вещью этого лета. Красота всегда была приоритетом для других людей, но, проснувшись, я увидела, что моя кожа сияет здоровьем, а ногти блестят новым веселым цветом, и это стало главным событием моего дня, и меня забавляло, когда люди из моего прошлого не узнавали меня с моей новой модной стрижкой и новым внешним видом.
— Ходят слухи, что ты претендуешь на премию «Инженер года 2448», — поддразнил Чарли.
Я покачала головой.
— Ты этого не знаешь. Номинации будут объявлены только в декабре.
— Шелли, милая. — Он бросил на меня отеческий взгляд, говорящий «Я-знаю-о-чем-говорю». — Это произойдет. Если не в следующем году, то скоро. Ты великолепна в том, что делаешь.
— Вот почему ты должен доверять мне, когда речь заходит о натуральном секс-боте, — сказала я и приподняла бровь. — Я также хотела бы добавить еще несколько фетишей в программу Минди.
— Фетиши. Какие именно фетиши? — Он снова повернулся к застывшему изображению мужчины, облизывающего пальцы ног Минди. — Мне кажется, Минди уже разобралась с этим.
— Как и ее предшественницы, Минди учитывает только самые распространенные и базовые фетиши; почему бы не расширить это понятие и не включить в него больше? Кто мы такие, чтобы судить? А роботам все равно.
Чарли потер подбородок и пожевал губами, заставляя их исчезнуть. Мой разум, как всегда, анализировал ситуацию и пришел к выводу, что разговоры о сексе заставляют его чувствовать себя неловко. Мелодичный голос в моей голове напомнил мне правило, которое я запомнила. То, что тебе не нравится слышать, заставит твои губы расплыться.
— Ты ведь не о странностях говоришь, не так ли? — спросил он, и его нос снова слегка сморщился.
Я пожала плечами.
— За последние две недели я столкнулась с четырнадцатью различными фетишами, включая вуайеризм, садизм, мазохизм, назолингус, пигофилию, щекотание, урофилию, катоптронофилию, книсмолагнию, подофилию и некоторые другие.
Глаза Чарли расширились, и он несколько раз моргнул.
— Не могла бы ты сказать это по-английски?
Поскольку он сам попросил, я начала небольшую лекцию.
— Вуайеристы — это люди, которые возбуждаются, наблюдая за другими в сексуальных ситуациях. Садистам нравится причинять боль другим, в то время как мазохистам нравится получать боль. Носолингусом называют людей, которым нравится сосать нос другого человека. Пигофилия — один из самых распространенных фетишей. Так называют людей, которым нравится рассматривать ягодицы, трогать их и играть с ними. Я не могу тебе сказать, сколько мужчин трогают, мнут и шлепают Минди по заднице. — Я продолжила рассказывать об удивительных видах фетиша. — Книсмолагния предназначена для людей, которым нравится, когда их щекочут. Урофилия связана с мочеиспусканием.
— Фу. — Чарли в шоке сморщил лицо.
— Катоптронофилия — это для тех, кто любит заниматься сексом перед зеркалами, и мы уже говорили о подофилии. — Когда Чарли стал выглядеть растерянным, я добавила. — Фут-фетиш, не забывай.
Грудь Чарли медленно поднялась, прежде чем он шумно выдохнул.
— И ты находишь это интересным?
— А ты нет?