Ты глянь-ка, ожила.
— На следующие бои со зрительских трибун посмотри, — посоветовал я. — Там на экранах подсвечивают все техники, даже если они невидимы невооруженным глазом. Заодно поймешь, как выглядела моя техника со стороны. И насколько для тебя такой проигрыш «позорен».
— Виктор, как⁈ — не слушая меня, повторила свой вопрос Оливия. — Это же уровень постижения! Или… Да харт тебя возьми, я даже с постижением не представляю, как сделать такое!
Я лишь с улыбкой смотрел на ее изумление. Осознала, оттаяла, ожила.
И быстро поняла, что я не отвечу.
— Зачем ты слил такой козырь? — нашла новую тему для возмущения Оливия. — Это ведь…
— Ради тебя, — коротко бросил я. — Не хотелось, знаешь ли, калечить сестру своей невесты.
— Да не покалечилась бы я! — рявкнула Оливия.
— Точно? — хмыкнул я.
Девушка встретила мой насмешливый взгляд, явно вспомнила мое облегающее Зеркало, прикинула мой уровень контроля и поняла, что наш бой мог стать жарким.
— Ты поставила на этот турнир слишком много, — напомнил я. — Ты билась бы на грани и за гранью. А поскольку победить меня быстро ты не смогла бы, то вкладывалась бы все больше и больше. Рано или поздно планка бы упала, и тебе стало бы плевать на потери. Лишь бы пробить, лишь бы победить. Скажешь, нет?
Оливия опустила голову.
— Да, — признала она.
Ну наконец-то.
На какое-то время в комнате повисла тишина.
— Мир? — произнес я.
Оливия подняла на меня уставший взгляд. В ней уже не было ни ярости, ни возмущения, ни даже интереса. Из нее словно стержень вынули. Осталась опустошенность, и ничего больше.
— Мир, — кивнула она.
Она даже не расслабилась — расползлась. Опусти ее сейчас на горизонтальную поверхность — и она выключится. Удивительно, как еще на ногах стоит.
— Ложись, поспи пару часов, — кивнул на диванчик я. — Полегчает.
— Угу, — невнятно отозвалась Оливия и на негнущихся ногах доковыляла до дивана.
Стоило ей прилечь, и она отрубилась мгновенно.
Я встретил взгляд Валери.
— Найди целителя и приведи сюда, — попросил я. — Оплату я гарантирую.
— Спасибо, Вик, — глотая слезы, улыбнулась невеста и скрылась за дверью.
Эксара вошел в мою комнату ожидания и замер, едва переступив порог.
Он сразу охватил взглядом всю картину. Целитель распростер руки над все еще спящей Оливией, Валери забилась в кресло в дальнем углу и свернулась в нем клубочком, а я сидел в офисном кресле около стола и смотрел трансляцию текущего боя на арене.
Заметив вошедшего гостя, я перевел взгляд на него.
— То есть ты неспроста выкинул этот финт, ученик, — сделал вывод Эксара.
Я лишь насмешливо приподнял брови. Вроде, я не давал повода плохо о себе думать, с чего вдруг такие претензии?
— Перенапряжение? — спросил Эксара, глядя на Оливию.
— Да.
Эксара тяжело вздохнул.
— Ты очень сильно подставился, ученик, — произнес он. — Твое благородство легко принять за жестокую месть. На Арене не принято позорить даже самых слабых соперников, ты в этом уже наверняка убедился. Твой бой будет основной темой для пересудов сегодня. Такой повод — несдержанный юнец встретил соперницу из враждебного рода и не нашел ничего лучшего, чем отомстить ей публично. Поверь, найдутся желающие тебя очернить.
— Это не повод ее калечить, — равнодушно пожал плечами я.
И я не кривил душой. Да, я рассчитывал не на такую репутацию, когда заявлялся на этот турнир.
Но нормальных выходов из этой ситуации и не было, получается.
Позволь я ей применить техники и заработать магическую травму, было бы еще хуже. Никто не смог бы доказать, что покалечил Оливию не я. Скрытые возможности есть у многих техник, а провести полноценную идентификацию того, что было применено, мало кто способен. И уж точно не со зрительских трибун.
Это я не говорю уже о том, что я ощущал бы себя последней сволочью — видел ведь, но не предотвратил.
Валери еще больше сжалась в комок. Какую-то долю ответственности за поведение сестры она инстинктивно принимала на себя. Слишком долго она была частью рода, ей пока нелегко дистанцироваться от действий своих родных. И никакая эмансипация мгновенно этого не изменит.
— Да, так подставить — это надо было суметь, — поморщился Эксара, глядя на Оливию. — Ладно, я понял. Попытаюсь нивелировать ущерб, намекну кое-кому, чтобы поинтересовались реальным состоянием твоей соперницы. Но ты все равно будь готов, ученик. Этот бой тебе еще аукнется.
— Благодарю за предупреждение, учитель, — склонил голову я.