— Так пацан — золото, — хмыкнул третий собутыльник. — И чего ты от него удрать хочешь? Жил бы да не тужил.
— Да потому что пацан, — скривился Марик. — Ты про клановую войну слышал? Он нас в мясорубку кинул и глазом не моргнул. Ему крупный бизнес отошел, а нам даже паршивой премии не досталось. А ты знаешь, сколько там парней полегло? Знаешь⁈ На хрена деньги мертвецам⁈ А чего этот сопляк завтра удумает? С кем еще войну затеет⁈
— Пфф, подумаешь! Ты с того дня, как взял в руки автомат, под смертью ходишь. Как и все мы. А где б ты еще жинку вылечил-то?
— Так а я о чем! — оживился Марик. — Жинку вылечу, сын выучится, и гуляй, пацанчик. Я за твои интересы помирать не собираюсь.
— Вот ты крыса, — скривился один из мужиков. — Как оплата — так ты первый. А как отрабатывать, так нет тебя.
— Я — крыса⁈ Да ты!..
Стол полетел в одну сторону, хозяин воспоминания в другую, и на этом запись на кристалле закончилась.
— И кто же у нас в клановой войне погиб? — поинтересовался я. — Что-то я не припомню там таких потерь. Даже среди наемников.
— Дело не в потерях, — покачал головой Рахэ. — Зелье болтливости — это не сыворотка правды, она просто развязывает язык. Если человек любит приврать или прихвастнуть, именно это он и будет делать под зельем болтливости, только в еще бо́льших масштабах.
— А последствия? — заинтересовался я.
— Практически никаких, — пожал плечами Рахэ. — Если добавить в чай, то даже похмелья на утро, скорее всего, не будет. Очень легкая штука.
— Но от вранья не спасает, — слегка подначил его я.
— По вранью тоже можно многое понять, — отразил мою усмешку Рахэ. — Кто-то будет орать, что он через год превзойдет сильного мага, потому что прям завтра начнет тренироваться до кровавого пота. А кто-то с презрением будет цедить, что хоть сейчас этого мага уделает на арене, потому что тот — ничтожество. Скорее всего, и то, и другое окажется ложью, но направление мыслей человека тут очевидно, согласны?
— Конечно, — кивнул я. — И часто такое применяется?
— Бывает, — уклончиво улыбнулся Рахэ. — Зелье не запрещенное, превысить дозировку и навредить им сложно, но и просто так не достанешь. Места надо знать.
Я вновь кивнул, ожидая продолжения.
— Что будем делать с Мариком? — спросил Рахэ.
— Ваши рекомендации? — спросил я.
Такие вещи, вообще-то, в ведении службы безопасности. И если бы Рахэ не хотел лично посмотреть на мою реакцию и заодно проверить уже меня на адекватность, он прислал бы доклад, в конце которого должна быть эта самая рекомендация.
И, несмотря на то, что наемники принесли присягу роду буквально только что, двух мнений тут быть не может. Нахлебники мне точно не нужны. Я действительно многое готов дать своим людям, но и требовать с них буду соответственно.
Рахэ едва заметно улыбнулся, он тоже прекрасно понял, что не только он проверяет меня, но и я — его. Но с ответом он не задержался:
— Выгнать из рода.
— Утверждаю, — кивнул я. — Готовьте бумаги.
Рахэ кровожадно оскалился.
Выгнать тоже можно по-разному. Исключение из рода по представлению службы безопасности — это клеймо на всю жизнь. Марика больше не то что в слуги рода не примут, его даже в хорошую фирму, которая следит за своей репутацией, не возьмут. Ему только дорога обратно в наемники остается открытой, по сути. И даже там толковый командир обязательно насторожится при виде такой отметки в документах.
— А что там с его сыном? — поинтересовался я. — Учебу ему действительно согласовали?
— Да, господин, — подтвердил Рахэ. — Факультет артефакторики в Первой Академии Магии со следующего учебного года. Но оплата еще не проведена, рано еще. Только гарантийное письмо ушло в Академию, чтобы парня до вступительных экзаменов допустили.
— Поговорите с парнем, — распорядился я. — Если он не поддерживает взгляды отца, то я готов оплатить ему учебу на прежних условиях. То есть после ее окончания он отработает на род десять лет как обычный наемный специалист.
Рахэ уважительно склонил голову.
— Зелье болтливости? — уточнил Рахэ.
— На ваше усмотрение, — ответил я.
В его зону ответственности я лезть не собирался, и четко давал это понять.
Мы с Рахэ все еще притирались друг к другу, так что и такие разговоры, и такие вопросы от него — это совершенно нормально. Он должен понимать меня, я должен знать, чего ожидать от него. После наследника глава службы безопасности — самый близкий к главе рода человек. И заодно самый посвященный в дела рода.