— Добрый день, господин Дайхи, — склонил голову я и двинулся к его рабочему столу.
Усевшись в кресло, я даже не успел ничего сказать.
— Честно говоря, я не думал, что вы так быстро приедете, — произнес он.
Я вопросительно вскинул брови.
— А, это случайность, — догадался Дайхи. — Я только сегодня утром отправил вам письмо с официальным приглашением нанести мне визит сюда, в имперскую канцелярию. Видите ли, документы об эмансипации никогда не присылаются с курьером, их всегда лично вручает тот чиновник, который ставил подпись на прошении и давал делу ход. Я обязан убедиться, что молодой человек понимает всю меру ответственности при вступлении во взрослую жизнь раньше положенного срока. И, в моем понимании, письмо должно было только-только дойти до адресата.
— Я еще не видел письма, — слегка улыбнулся я. — Заехал к вам спросить, все ли в порядке и не требуется ли от меня еще что-то в рамках процедуры эмансипации.
— Изящно, — оценил Дайхи. — Так вежливо меня еще не спрашивали о задержках оформления.
— Благодарю.
— Что ж, вижу, нам с вами не требуется долгих бесед, — улыбнулся Дайхи. — Вы более чем разумны и аккуратны в формулировках, а значит, и в остальных вопросах не должны попасть впросак. Тем не менее, я обязан уточнить: вы изучали законы?
— Какие именно? — спросил я.
— Про общегражданские кодексы, начиная с уголовного, мы речь не ведем, — хмыкнул Дайхи. — Эти вещи обязаны знать даже несовершеннолетние. Я имел в виду Положение о Свободных родах, например. Или Гражданский Кодекс в части прав и обязанностей главы рода.
— Еще не успел, — честно признался я.
— Зря, молодой человек, очень зря, — покачал головой Дайхи. — У меня есть время. Если хотите, могу дать вам хотя бы общее представление о самых важных моментах, на которые вам стоит обратить внимание.
— Буду безмерно благодарен, — склонил голову я.
Дайхи одобрительно улыбнулся и начал говорить.
Надо сказать, он свое дело знал и ни минуты времени не потратил зря. Абсолютно все вещи, о которых он говорил, я тоже счел важными и достойными внимания. Помимо законодательства, Дайхи прошелся еще и по этикету. По той части прав и обязанностей главы рода, которую я и сам недавно вспоминал.
Два часа спустя у меня гудела голова, однако я стал обладателем массы полезной информации.
— Поздравляю, господин Дамар, — закончив импровизированную лекцию, сказал Дайхи и протянул мне толстый пакет документов. — Добро пожаловать во взрослую жизнь!
— Благодарю, — улыбнулся я.
С этого момента я не только совершеннолетний.
Я еще и глава рода Дамар. Официально.
— Скажите, господин Дамар, у вас еще осталось время? — поинтересовался Дайхи. — Я бы хотел обсудить с вами деликатный вопрос, который не связан с вашей эмансипацией.
Я бросил взгляд на часы, но больше машинально.
Школа и без того уничтожила все мои планы на сегодня, а отказать Дайхи после такого вступления я не мог. И не только из благодарности за его лекцию, меня просто любопытство съело бы.
— Конечно, господин Дайхи, — кивнул я.
— Тогда приглашаю вас пообедать со мной, — улыбнулся он. — Обсуждать родовые дела на работе — это некрасиво. Я стараюсь не использовать свое служебное положение таким образом.
— Как скажете, — улыбнулся я в ответ.
Старейшина Дайхи привел меня в симпатичный ресторанчик буквально за углом от здания имперской канцелярии.
Здесь, в центре, хватало всевозможных кафе и закусочных, и этот ресторан, на первый взгляд, ничем не отличался от них. Скромная вывеска, стеклянная дверь, ступеньки в полуподвальное помещение. Внутри было чисто, вкусно пахло, играла легкая инструментальная музыка без слов. Людей было мало, обеденное время уже подходило к концу.
Старейшина Дайхи сразу посоветовал мне попробовать несколько блюд, и я решил к нему прислушаться. Мы сделали заказ и попросили принести нам чай сразу, вместе с холодными закусками.
Попробовав салат, я оценил вкус Дайхи. Да, этот ресторан действительно стоил того, чтобы его посетить.
Старейшина Дайхи тем временем налил себе чая и задумчиво вертел чашку в руках.
— Видите ли, в чем дело, господин Дамар, — неторопливо начал он. — Наши юристы полностью согласовали договор по совместному бизнесу с вами. Однако пока шло согласование формулировок, одновременно в роду обсуждались перспективы. И мы пришли к неожиданному выводу.
Дайхи замолчал и сделал глоток чая.
Еще один интриган на мою голову. Кто их учил так тянуть жилы из собеседника, а?
Тем не менее, я молча ждал продолжения.
— Мы бы хотели, чтобы доля в совместном бизнесе стала личной собственностью Ашу, — наконец, сказал Дайхи.
Я удивленно вскинул брови.
— Дайте мне минутку, — произнес я.
Дайхи понимающе кивнул.
Его предложение меняло многое. До сих пор совместный бизнес рассматривался нами как равное партнерство двух родов. То есть в случае трудностей можно было бы рассчитывать и на денежные резервы обоих родов, и на их специалистов, и даже на военную силу, если уж на то пошло.
Личная собственность предполагает участие всего одного человека.
Конечно, в случае чего родичи могут помочь Ашу. Но могут и не помочь. Та же силовая защита бизнеса при таком раскладе, скорее всего, ляжет на меня.
И не потому, что сейчас у Ашу нет ни денег, ни людей. Он просто не будет заниматься этим направлением, ему не нужна личная гвардия, у него род есть. И лично его род прикроет в любом случае. А вот его бизнес — не факт. Голодать-то он не будет никогда, вне зависимости от положения дел на автосервисе.
С другой стороны, требовать от Дайхи серьезно вкладываться в совместный бизнес я не планировал изначально. Сейчас я им не ровня, как ни крути. И прежде, чем я встану на ноги, пройдет немало времени.
В общем, винить их в том, что они не желают прикрывать новое дело, — а отчасти и меня, — именем своего рода, сложно.
Впрочем, тут я уже откровенно гадаю, у них могут быть какие угодно причины.
— Могу ли я спросить о ваших мотивах? — произнес я.
— Конечно, — с готовностью кивнул Дайхи. — Мы считаем, что ответственность пойдет Ашу на пользу. Я видел отчет поверенного о вашей встрече. Ашу и на разработку простых рунных вязей согласился неохотно, а уж вникать в сопутствующие вопросы и вовсе не стал. И сейчас ничего не изменилось, всеми делами занимается род, а Ашу ни разу не спросил, как дела с договором. Он бы не узнал, даже если бы мы с вами не договорились и решили не подписывать договор. Или узнал бы об этом ближе к концу года, совершенно случайно, и это еще оптимистичный прогноз.
Я понимающе усмехнулся. Увлеченные изобретатели — они такие, да.