Все это сопровождалось декларированием самых светлых идей и высоких целей. Сигналом к началу этой вакханалии послужила подготовленная Яковлевым редакционная статья газеты «Правда» от 5 апреля 1988 года, в которой отмечалось, что главная задача, которая стоит перед обществом, — «как нам быстрее возродить ленинскую сущность социализма». Продолжая, таким образом, давать публичные клятвы верности коммунистическим идеалам, главный идеолог КПСС через свои марионеточные издания исподволь наращивал массированную пропаганду, направленную на подрыв коренных устоев социалистического общества. Все, кто подрядился на эту работу, прекрасно понимали, что провозглашенная свобода прессы целиком и полностью находится в руках их главного работодателя и заказчика из Политбюро, который попутно возложил на себя обязанности и дирижера информационного потока, и его цензора. Под его непосредственным руководством «Огонек» Виталия Коротича и «Московские новости» Егора Яковлева «заряжали» одну «кассету» за другой. Им тут же вторили другие «перестроечные» издания, размножая сочинения на заданные темы миллионными тиражами. Начали с «очищения» ленинизма, затем перешли к Сталину…
Как историк и философ, Зюганов убежден, что все эти сценарии были тщательно продуманы и подготовлены заранее, задолго до того, как январский пленум ЦК КПСС 1987 года провозгласил курс на политические реформы, объявив гласность основой их успешного проведения. Они представляли собой хорошо скоординированные, сменявшие друг друга в логической последовательности этапы психологической войны, развернутой против населения страны. Многие, например, считают, что Яковлев занялся гробокопательством, вознамерился уничтожить и испепелить даже саму память о Сталине, руководствуясь исключительно личными, неведомыми нам мотивами, возбудившими у него патологическую ненависть к этому великому человеку. С точки зрения Геннадия Андреевича, который совершенно не склонен демонизировать Яковлева и выискивать в нем признаки неординарности, подобные суждения слишком упрощают суть проблемы. Можно, конечно, допустить, что Яковлев всерьез был одержим навязчивой идеей свалить Сталина с постамента истории и, таким образом, добавить себе Геростратовой славы. Но, по мнению Зюганова, нельзя обходить стороной главную, более глубокую причину очередной попытки укоренить в обществе антисталинские настроения.
Все дело в том, что в эпохе Сталина до сих пор сокрыт узел, связывающий все основные нити советской истории, а образ самого вождя таит в себе ключ к пониманию многих сложных процессов, определивших судьбу нашей Родины на долгие годы вперед. Попытка стереть этот образ из исторической памяти народа означает не что иное, как стремление лишить народ возможности непредвзятого прочтения главных страниц своего прошлого — как известных, так и тех, которые еще предстоит познать. На пути яковлевских пропагандистов Сталин возвышался глыбой, преграждавшей безнаказанный разгул по нашей истории, с осквернением святынь и глумлением над отеческими гробами. И только посчитав, что дело сделано — путь расчищен, они двинулись дальше, обгладывая, подобно голодной саранче, все, что продолжало плодоносить и питать нас из глубины времен. Вновь вернулись к Ленину, но уже не ради «очищения идей», а для того, чтобы объявить пролетарского вождя «немецким шпионом» с темной родословной, умудрившимся с кучкой авантюристов совершить кровавый переворот и ввергнуть страну в пучину насилия и беззакония. После этого уже не составляло особого труда представить всю последующую историю государства как сплошную цепь просчетов, поражений и сознательных преступлений коммунистов против собственного народа.