Санек промолчал. Потому что если в первый раз стан по нему не прошел, то теперь со скафом творилось что-то странное. По визору ветвились разноцветные линии или даже не линии, а переменные геометрические фигуры. От их мельтешения у Санька голова разваливалась. Не болела, а именно разваливалась. Ни один из потоков сознания не получалось удержать. Реально хрень какая-то. И совсем не похоже на то состояние, когда он пытался подключиться напрямую к своему космо-атмосфернику. Там его тянуло куда-то вверх, а теперь высасывало вниз. Нет, уже засосало невидимым пылесосом. И вся эта дикая стереометрия вертелась уже не на визоре, а у него в голове.
А образ чудовищного пылесоса внезапно реализовался в реале. Саньку показалось: он высосал себе в мозг весь песок, который под ними и обнажил нечто настолько огромное, непостижимое и нечеловеческое, что взвыл от ужаса и нырнул куда-то во вневременную щель, всосавшись в нее, как кровь — в брюшко гигантской пиявки. И уже оттуда он, Санек или кем он там стал, увидел выпущенные клещи-манипуляторы марапауна, упавший на брюхо югрон с до смерти перепуганным экипажем, стоящий на одной опоре скилодон с одиннадцатью мехами внутри. Санек знал их, всех сразу и каждого в отдельности. И отчетливо видел, как стремительно сокращаются полоски их жизней.
Но все это было полной фигней в сравнении с тем, что лежало там, под стометровым слоем радиоактивного песка…
«Видишь это?» — мысленно спросил Санек у джинна.
«Genesis, — почему-то по английски отозвался джинн. — Don’t touch. An alien string». — И снова по-русски: — Возвращайся. Я зачистил твое сейчас'.
И Санек вернулся.
В голове было невероятно ясно, аж до серебряного звона. Настолько чисто и прозрачно, что казалось кошунством наполнять эту дивную пронзительную пустоту обычными мыслями.
Но осознавать себя это не мешало. И Санек осознавал себя посреди неглубокой воронки внутри скафа. К губам его прижималась соска с чем-то нужным организму. Перед глазами, по визору шлема, сменялись знакомые и совсем не страшные данные, сообщавшие, например, о том, что радиоактивность снаружи — в красном секторе, но защита и оболочка пока справляются и так будет еще минимум сорок минут. Что в ближайшем радиусе наблюдается робот среднего тоннажа тип югрон с некритичными повреждениями поверхности, а в дальнем — шесть боевых машин, которые уходят из зоны ближнего сканирования со скоростями от двухсот двух до трехсот двадцати трех километров в час. А также что несколько секунд назад заряд в батареях был поднят до максимума неопознанным внешним источником.
И все в мире было привычно и понятно. Только чего-то в этом понятном мире не хватало.
И озабоченный несоответствием Санек встрепенулся. Мысли потекли привычным руслом и привели к пониманию, что именно изменилось, пока Санек был так, где он был.
В этом мире, вернее, в доступном для сканирования пространстве больше не было тяжелого боевого робота типа скилодон. И тяжелой боевой платформы-носителя типа марапаун тоже не наблюдалось. Зато совсем близко от Санька имелись две значительные по размерам однородные массы, представлявшие собой застывший расплав кремния с многочисленными включениями различных металлов, в частности, титана, железа, молибдена, ванадия и десятка других.
И еще целых шесть секунд понадобилось все еще заторможенному сознанию Санька, чтобы осознать, что это такое.
А в голове вертелось и вертелось навязчивое: «An alienstring». Чужая нить. Вот что еще за нить такая посреди всей этой долины смерти?
Глава 31
Глава тридцать первая
Игровая зона «Техномир» уровень 1
Локация: Мертвый город
Один против всех
Они шли по разрушенному городу. До цели оставалось порядка семидесяти километров.
… И больше сотни потенциальных целей на сканере скафа.
Полный спектр — от шкурников до тяжелых Мегалодонов.
Но ни одного сигнала ближе трех километров. Причем те, что оказывались по курсу, заранее расходились в стороны, уступая дорогу. И, надо полагать, не югрону, который солидно перебирал опорами впереди, а мелкому одинокому шкурнику, неровными (местность такая) прыжками двигавшемуся следом.
И дуэль больше никто не предлагал. А те, кто предложил, уже отозвали вызовы. Пожелай Санек уйти прямо сейчас, никаких препятствий.
Но он не уходил. Смысл? Сейчас, когда в сети Техномира самостоятельно размножались видео событий, в время которых он не так давно принял пассивное участие.
Около дюжины вариантов крутилось. С разных позиций и дистанций. Однако лучшее несомненно было сделано фиксаторами бегущего впереди югрона. Что не удивительно. Ведь этот робот был ближе всего к центру, а вернее, к эпицентру.