«Нас атакуют!»
Оповещение пришло одновременно от локалки «Пиона» и обоих дронов. Опоздало на триста миллисекунд. Сами дроны и локалка отреагировали быстрее. Усиление задней полусферы и автономный уход дронов в контратаку.
Поле над броней заполыхало от попаданий. Но по тому, как вскипела вода за кормой, Седьмая поняла: большая часть ударов — мимо. Два дрона системы обороны. На порядок тяжелей, чем охранные Седьмой. Серебристо-голубые капли с прилипшими по бокам остроносыми тушками ракет. Одно попадание — и защита «Пиона» перегружена. Но бьют почему-то импульсниками. И мажут, что вообще непонятно. «Пион» идущий над водой точно по прямой — идеальная цель.
Тяжелые тем временем снова заходили на цель, догоняя и снижаясь. Чтобы максимально обнулить относительную угловую скорость.
Охранные дроны Седьмая повела в атаку сама. Одним потоком. Острая ситуация. Оборонные для охранных — сложный противник. Локалку Седьмая передала киноиду. Второй поток — на стратегическое осмысление.
Фокус, атака, поправка на уклонение…
Оба охранных встроились в щель между тяжеловесами и ударили точечно с пятидесяти метров, то есть практически в упор. В оболочку энергоблока ракеты… И оболочка потекла!
Этого не могло быть! Поле тяжелого способно расширяться до тридцати метров и произвольно менять плотность. Последнее — дольше и Седьмая рассчитывала: пройдет с опозданием. И в расчете на это…
Поля вокруг ракеты не было вообще!
Миллисекунды на осмысление — и Седьмая бросила дроны вверх. Максимальная нагрузка! Если она права…
Едва успела. Энергоблок ракеты рванул практически мгновенно, спровоцировав подрыв боевой части. Дрон превратился в плазменный шар. Парный нырнул вниз. Вниз!
— Женька, дроны на ручном! — озвучила киноид то, о чем Седьмая уже догадалась.
Отразившаяся от реки ударная волна подбросила второй дрон прямо в стремительно расширяющуюся огненную сферу. Неприятно, но некритично. Поле такое держит. Но — та же ситуация, что и с первым. Ракеты у второго — вне поля!
— Не оператор, а пенек криворукий! — констатировала Неженка.
— Может и нет, — не согласилась Седьмая. — Допускаю, что у него не было кодов к ракетам.
Это объясняло и то, что дроны не использовали главное вооружение и то, что поле его не закрывало.
— Как это?
— В пределах периметра на использование ракет нужен допуск, — пояснила Седьмая. — Город же. А допуск — по генетическому коду-подтверждению.
— А кода у них нет! — воскликнула киноид. — Ура!
«Код может и есть, — подумала Седьмая. — А вот подтверждение…»
Если бы одного ДНК было достаточно для допуска, любой рабочий, добывший королевский волосок, мог бы войти в Систему. Вот только у рабочего не имелось расширенного сознания генетических правительниц Брянска 3Д.
«Пион» летел по реке, четко удерживаясь на стрежне.
До цели, резиденции Королевы, оставалось одиннадцать минут хода…
Глава 4
Глава четвертая
Игровая Зона «Техномир». Уровень 3. Локация: Дикая Пуща
Еда, которая пахнет
— Судя по тому, что ты здесь, взять власть у вас не получилось, — заметил Санек.
— Да, но… Ты не дал дорассказать! — обиженно перебила Неженка.
— Потом! — перебил Санек. — У нас гости. — Он сгенерировал картинку с визора на гало-дисплей. — Что скажешь?
— Муты! — уверенно заявила киноид. — Автохтонные, не генерации.
— То есть? — не понял Санек.
— Ну они как бы сами, естественно, образовались, а не шаманы мутовы намудили!
— Сами, значит? — Санек с интересом разглядывал тварей, подбирающихся к входу в их уютную пещерку. — Красавы!
Явные хищники, причем ночные. Средний вес — порядка полутонны. Похожи на гиен с покатыми бесхвостыми задницами. Внушительный набор зубок, мощные задние лапы. Должны неплохо прыгать, надо полагать. Семь штук. Проблема. Но не для Санька в скафе. Даже если парализатор не подействует, можно угостить из лазера, например.
Можно, но не интересно.
— Прайд, — нежным голоском сообщила киноид. — С двумя я, наверное, управлюсь. Зависит, от того, насколько они быстрые.
Вот тут она права. То состояние, которое Санек называл «единение с миром» в скафе работало лишь частично. Правда сам скаф тоже помогал, например, расширял восприятние. Кругозор в триста шестьдесят градусов — немалое подспорье. Опять-таки сила сервов на порядок больше, чем мышц Санька. Пофиг. Прорвемся.