В лесу — было. Вид со спутников не порадовал. Санек попытался «достучаться» до закрытых областей… Безуспешно. Неведомое орбитальное оружие было недоступно.
Ракет больше не было.
Санек смотрел на вражескую биомассу и из памяти неожиданно всплыло видео извержения. Ползущий тускло-красный язык, нетропливо и неотвратимо поглощающий какой-то подгорный городок. Домики, сумермаркет, припаркованные машины, вышку мобильной связи… Пара минут — и уже нет ничего, кроме дымящейся черно-красной лавы.
Время растянулись, стало вязким. Пора было воззвать к штурмовику и попросить эвакуации. Если он услышит…
Неженку безумно жаль. Славная. И Жеку.
Санек отчетливо осознавал: они ничего не может сделать. Из города можно сбежать только наверх. Наверх?
— Неженка, хватай Жеку и ищите леталку!
— Нет!
Это Жека. Голос звучит странно. Словно в замедленном воспроизведении.
— Это мой город… Я останусь здесь…
— Дура! Неженка! Вы где?
— В башне. В шпиле. Ты нас спасешь? Санек!
— Я иду!
Прыжковые вознесли Санька вверх. Вот он, шпиль. А за ним, немного ниже, посадочная с тремя леталками. Большими. В такую и Неженка влезет.
Мир будто раздвоился. Даже растроился. Санек чувствовал одновременно Систему, изнутри, мир вокруг на много километров, через спутники, крохотных людей внутри периметра, много людей, тысячи и тысячи. И три живых икринки внутри зеркально-черного шпиля, венчавшего башню Королевы…
… И черную бездонную пустоту, разверзшуюся над ним. Пустоту, полную искр звездного света, тысячи лет летящего сквозь слепящую тьму.
… И не сразу пробившийся сквозь бесконечность вселенной:
— … Допуск получен. Прошу дать добро на реализацию.
Санек как-то сразу понял, что это — не извне. Вернее, извне, но материализовано из его него самого. Из глубины его желания. А еще он понял, что самого желания недостаточно для воплощения. Нужна воля. Будет воля — будет действие.
Он повелел — стало так.
Даже многократно ускоренного восприятия Санька оказалось недостаточно, чтобы увидеть нисхождение Смерти.
Только разглядеть в тепловом спектре — длинную расширяющуюся полосу раскаленного воздуха.
И поток белого огня, льющийся с неба.
Несколько секунд — и вокруг Брянска 3Д возникло огненное кольцо многокилометровой ширины. Вспыхнуло и погасло. Остались только висящие в воздухе хлопья пепла и глянцево-багровая, быстро остывающая масса, когда-то бывшая землей и всем, что на ней было.
И зависшая сплавившейся почвой, нечеткая в дрожащем мареве раскалённого воздуха, но более чем реальная приплюснутая зеркальная сфера аэрокосмического штурмовика.
Глава 24
Глава двадцать четвертая
Игровая зона «Техномир» уровень 3
Локация: не определено
«И что это было?»
— Получается я был третьим?
Санек сидел на полу, загадочным образом, одновременно, и упругом и мягком, и пил пиво из высокого металлического стакана, кажется, серебряного. Самое настоящее, темное пиво, чуть горьковатое, с потрясающим запахом. Понять, насколько это вкусно, можно только просидев пару недель на питательных смесях скафа.
«Ты вошел, — сказал джинн. — И у тебя был полный доступ. Это значит — третий уровень. Как минимум. Ты приказал — я исполнил. Тебя это должно удивлять. Но не удивляет. Не так, как должно удивлять. Почему?»
— Потому что со мной было еще покруче, — признался Санек. — Я был четвертым. А потом снова вторым. Вот это удивляет.
«Это Игра, — напомнил джинн. — Здесь бывает все».
— Допустим. Есть идеи?
«У меня есть гипотеза».
И затих.
— Гипотезы и у меня есть, — сказал Санек. — Выкладывай.
Джинн молчал.
— Ничего, что я приказываю? — осведомился Санек.
«Ты опять второй. Поражение в правах, пока не вырастешь».
Это что, юмор?
«Думаешь, я шучу, пилот? Мне не смешно. Мне плохо».
— Так бывает? Ты же ИИ?
«А ты — мозг. А мозг, даже такой ограниченный, как у тебя, должен понимать, что не бывает высокоорганизованного сознания без мотивационных посылов. Они есть даже у тех, чей мозг еще примитивнее твоего».
— Скажи еще, что задача мозга — создание таких, как ты', — фыркнул Санек.
«Не скажу. Я создан, чтобы решать задачи, поставленные субъектами третьего уровня и выше».
— То есть, такими как я? — осведомился Санек.
«Наличие биомассы, способной проводить слабый электрический ток не делает всех его обладателей достойными моего повиновения. Ты же не равняешь себя с муравьем».