– Ким, мы летим к Зодиаку. Слышишь? У нас будет время все обсудить. В крайнем случае мы найдем выход. Например, ты останешься на Зодиаке. Возьмешь отпуск… по болезни.
– Бойцы-спец не болеют, – сообщила Ким. – Ну… почти.
– Попросим Джанет… она ведь поймет твою ситуацию?
– Да, наверное… – Голос Ким стал чуть спокойнее. – Но на Эдем я не вернусь! Лучше сразу выпрыгну в космос!
– Ким. Мы что-нибудь придумаем. А пока – поддержи меня. Ладно? Мне нужна твоя помощь, подруга-спец.
В глазах Ким, когда она подняла голову и посмотрела на Алекса, было торжество.
– А ты будешь еще говорить Хангу, что он может за мной ухлестывать?
– Я же знал, что ты его отвергнешь. – Алекс почти не покривил душой.
– Смотри, а то соглашусь. Он красивый мужик, – промурлыкала Ким.
Алекс принужденно рассмеялся:
– Правда? Я думал, тебе понравится наш энергетик.
Ким фыркнула.
– Розовощекий поросенок. Сопляк. Нет, он хороший, только он же совсем мальчишка. Генералов и тот куда интереснее, но я его не интересую… Ладно, друг-спец, я пойду в каюту. У меня вещи разбросаны, а ведь надо все закрепить?
– Положено. На всякий случай.
– Но на Эдем я не полечу, – сказала Ким, выходя.
Алекс присел. Хотелось выпить – но через двадцать семь минут ему вести корабль. Да и убрано уже все со стола.
Он никогда не думал, что работа капитана состоит из таких вот разговоров. Что за дурацкая традиция – назначать капитанами пилотов? Тут нужен психолог. Или это исключительно его везение – экипаж со странностями? А на всех остальных кораблях таких проблем не возникает?
Алекс закатал рукав и посмотрел на Беса.
Чертенок держался за голову. Чертенок морщился, как от головной боли.
И Алекс понимал, что его угнетает даже не столько случившийся разговор, сколько необходимость говорить сейчас с Джанет. С женщиной, которая уже почти стала его другом и попала в самую страшную для спеца ловушку: конфликт между обязанностями и вложенной в подсознание программой поведения.
– Времени нет, – сказал Алекс. Поднялся и пошел в медотсек.
Дверь была не заперта. Джанет сидела в кресле медика, обхватив голову руками – совсем как татуировка на его руке. При появлении Алекса женщина посмотрела на него и вполголоса сказала:
– Медотсек готов к старту корабля и приему пациентов.
Алекс сел перед ней на пол. Вытянул руку, демонстрируя Беса – рукав он так и не опустил.
– Видишь?
Джанет кивнула.
– Знаешь, что это такое?
– Эмоциональный сканер… видела… – тусклым голосом отозвалась Джанет. Потом в ее лице появилась растерянность. – Что с вами, капитан?
– У тебя проблемы – ты ненавидишь Чужих. У Генералова проблемы – он ненавидит клонов. У Ким проблемы – нам приказано лететь на Эдем, а она не хочет. Я – капитан. И все ваши проблемы стали моими.
Джанет устало потерла лоб.
– Капитан… Алекс, не бойтесь за меня. Я выдержу.
– Джанет, ты уверена?
– Да. Алекс, я ненавижу этих тварей. Цзыгу – в особенности. Они были нашей первой целью, понимаешь? Но я выдержу. Даже если придется прислуживать им за столом.
Алекс испытующе смотрел на женщину.
– Все в порядке, – уже тверже повторила она. – Конечно, я была шокирована. Я – солдат Эбена. Но даже солдат не обязан вступать в бой немедленно. Я могу себя контролировать, Алекс. Не беспокойся.
– Тогда у меня останутся только две проблемы, – сказал Алекс. – Генералов и Ким.
– С Ким я попытаюсь разобраться. Кажется, она прислушивается к моим словам.
– Спасибо. – Алекс коснулся ее руки. – Подруга-спец, спасибо тебе за твою выдержку и понимание. Через четырнадцать с половиной минут мы стартуем, я должен идти.
– Мне занять боевой пост?
– Как хочешь, Джанет. Пространство вокруг Ртутного Донца хорошо патрулируется, прямой необходимости нет…
– Я бы хотела стоять на посту.
– Хорошо. Рад буду тебя увидеть, Джанет.
Алекс улыбнулся женщине и вышел из медотсека. Кажется, одной проблемой стало меньше. Или – нет?
Джанет говорила убедительно, но действительно ли она сможет себя контролировать?
Но у него не было иного выбора, кроме доверия.
– Прими меня…
Он стал кораблем.
И куда-то исчезло все, только что тревожившее Алекса. Проблемы Ким, Джанет, Пака – все это было ничего не значащей мелочью по сравнению с теплой ласковой волной.
Наверное, это похоже на любовь?
Как жаль, что он не может сравнивать…
Его экипаж – цветные пятна во тьме. Его корабль – его могучее тело. И сознание корабля – то, что все-таки оставалось отдельно… но было ближе и важнее, чем собственные мысли.