Призма образов рассыпалась калейдоскопом картинок, через которые начали проступать мерцающие силуэты моих спутников. И тут я всем своим существом ощутил холодный тяжёлый взгляд. Враждебный. «Небо», до этого мерно светившееся голубоватым, потемнело. Искрящиеся потоки энергии будто взбесились, стали хаотичными. С каждой секундой закручиваясь всё сильнее, они рвали ткань «реальности», обнажая бурлящую за ней тьму. Крик застыл в груди, разнося вдребезги последние опоры сознания. Словно в кошмаре я видел, как рассыпаются на осколки образы Вики и Волкова и только аура мастера Ли продолжала гореть яркой свечой. Как утопающий, отчаянно стремящийся сделать последний вдох, я рванул к ней, пытаясь найти спасение, но тьма оказалась быстрее.
Глава 23
— Знаешь, Алекс, я думаю, что в этой гонке за мутациями, мы можем и не заметить, как превратимся в нечто иное, чем человек. — Вика стоит в полутёмной лаборатории. На её лицо падают разноцветные блики от мигающих индикаторов приборов.
— Нам нужны способности, иначе теперь не выжить, — возражаю я. — Человек это ведь не свойства тела, и даже не навыки. Это воля и разум, — то, что делает нас людьми.
— А это делает нас людьми? Думаешь, у NAVY этого не было? Воля, интеллект, — задумчиво произносит Вика. — И смотри, что получилось. Куда мы идём, Алекс? За кем мы идём?
— Мы просто пытаемся выжить, — этот её настрой начинает меня раздражать. Нашла время для философии, когда мы на волосок от гибели…
На волосок от гибели?
В сознании мелькают смутные картинки, и я понимаю, что не могу вспомнить, как мы оказались в лаборатории. Внезапно пол под ногами вздрагивает, и комнату озаряет вспышка света. Я вижу тонкий силуэт Вики на фоне белого зарева. Она испуганно оглядывается по сторонам.
Что-то гудит, приборы начинают мигать как сумасшедшие, по полу снова проходит вибрация. Я смотрю вниз, и внутри всё застывает от ужаса. Прямо под нами толпа, волнующее море людей, а если присмотреться — мутантов. Молодые и старые, худые и грузные, все они безумны, лица их искажены животной яростью, одежда изорвана в клочья, волосы спутаны. Они бьют кулаками снизу в тонкое прозрачное покрытие пола. Беснуются. Хотят добраться до нас и растерзать. Толпа живёт своей жизнью, ненавистью и болью. Они бьют вместе, синхронно, и удары проходят волной. И под ногами у меня змеится трещина, ширится и бежит к…
— Вика!
Я кидаюсь вперёд, но уже поздно. Цепкие руки хватают девушку, и толпа за секунду, одним страшным рывком затягивает её в образовавшийся разлом.
— Алекс! — её визг тонет в рёве взбесившихся монстров.
Я прыгаю, собирая на кончиках пальцев разряды молний, готовый нырнуть туда за ней. Отбить во что бы то ни стало.
Вспышка!
Белый свет ослепляет.
— Вика! — я ударился лбом обо что-то твёрдое. Боль отрезвила. Через секунду появилась картинка: полупрозрачное покрытие медицинской капсулы перед самым моим носом.
Чёрт! В памяти тут же понеслись воспоминания. Мы же там в этом долбанном море осознания только что огребли. По ощущениям вообще чуть не сдохли!
Я начал открывать капсулу, унимая бешено стучащее сердце. По виску стекла струйка пота. В глаза ударил с непривычки яркий свет ламп лаборатории. Прямо как в недавнем кошмаре. Я сел, окидывая взглядом пространство. Две капсулы рядом пусты, в третьей кто-то есть…
— Алекс, вы очнулись? — ко мне с обеспокоенным выражением лица подбежала молодая сотрудница. — Не делайте резких движений, у вас ещё не все показатели пришли в норму.
«Подтверждаю, Алекс, — прорезалась Мия. — Сердечный ритм нестабильный, давление выше нормы…»
«Заткнись», — отдал я мысленную команду.
— Где профессор, Вика? — я чуть не вцепился в руку девушки. — И все участники эксперимента. Кто в капсуле?
Лаборантка хлопнула глазами, потом затараторила:
— Виктор Александрович и Виктория ушли спать. Сейчас ночь. В капсуле Хань Ли, состояние стабильное, но он ещё не пришёл в себя.
Я кивнул. Только сейчас понял, что в лаборатории пустовато. Всего двое: эта девушка и ещё паренёк, который возился с каким-то прибором и бросал на меня любопытные взгляды. Судя по всему, дежурные лаборанты.
— Я бы советовала вам остаться в капсуле до утра, — неожиданно твёрдо заявила девушка. — Вы едва пришли в себя и должны восстановиться. Более того, всё ещё снимаются медицинские показатели, которые могут быть полезны для статистики.
Я удивлённо поднял бровь и улыбнулся. Что-то мне знаком этот стиль.