— К сожалению, вы ошибаетесь, полковник. — ответил я, продолжая придирчиво рассматривать свои ногти. — Ближайший трансивер и камеры под моим контролем. Но вы не переживайте. Если бы я хотел навредить вам и скрыться с базы, то давно бы уже это сделал. Ребята из NAVY не дадут соврать.
— А ты уже забыл, в каком состоянии прибыл сюда от ребят из NAVY? Или, может быть, нам стоило оставить тебя там? Сам бы справился? — Сверля меня взглядом, поинтересовался Гарин. — Ты пришёл тратить моё время, чтобы разыграть этот спектакль и набить себе цену?
— Не совсем для этого, полковник. Но по поводу спектакля, вы, как всегда, зрите в корень. — Я щёлкнул пальцами. — Спектакль самое подходящее слово. И это только первый акт. Позволите продолжить?
Полковник внимательно посмотрел на меня, хмыкнул и кивнул.
— Допустим, у тебя есть ещё немного времени, пока у меня не закончилось терпение.
Вот что значит железная выдержка и умение принимать правильные решения. Я, конечно, дико рисковал, но желание поставить все точки над i было сильнее.
— Первая часть этой драмы имела цель показать, что нам необходимо договориться на обоюдовыгодных условиях. Супер, как вы говорите, с правильно подобранными мутациями и целенаправленным развитием, камня на камне не оставит от вашей системы безопасности. Что, например, вы сделаете с невидимкой, не поддающимся сканированию во всех спектрах? А если у него ещё и парочка убойных способностей будет?
— А что есть информация о таких? — поинтересовался полковник.
— Есть, и это не самое страшное. Важно понять, что мы даже не можем предположить, с чем предстоит столкнуться и с какой стороны подстелить себе соломку. Кстати, прошло уже три минуты, а нашу беседу так никто и не торопится прервать.
Я прямо почувствовал, как полковник скрипнул зубами. Но при этом ни один мускул на его лице не дрогнул.
— Полагаю, следующий акт твоего спектакля будет как раз об этом? — спросил он.
— Давайте для начала кое-что посмотрим, — предложил я.
Мия уже подключилась к голопроектору, так что я просто запитал его от сети и театрально махнул рукой.
— Посмотрите, какие красавцы!
Гарин судорожно впился взглядом в карточки мутантов. Скорее всего, его нейронка в этот самый момент копировала эти данные.
— Не утруждайте себя, полковник. Вся картотека будет передана вам полностью, — пояснил я.
Он медленно перевёл на меня взгляд.
— Данные о мутациях важны для нас. Мог бы их в рабочем порядке передать мне и не устраивать этот цирк. Но, как я понимаю, это только начало.
Полковник уже полностью пришёл в себя и с интересом поглядывал в мою сторону.
Я мотнул гривой, давая Мие следующие указания.
— Образец К-17/345. Интересный экземпляр, не находите?
На голоэкране материализовалась проекция мужчины. Не знаю, можно ли было его так ещё называть, но за неимением энциклопедии по новым расам, я решил остановиться на старом названии. Идеальная геометрия тела, витые жгуты мышц на отливающей синевой белоснежной коже. Можно принять за чемпиона-легкоатлета, если не обращать внимания на рост в три метра. И на третий глаз во лбу.
— Что это? — в голос полковника вновь вернулось напряжение.
— Один из удачных образцов, прошедших первую стадию эксперимента, — небрежно пояснил я.
— Какого эксперимента? — проскрипел Гарин.
— Мия, выведи данные о проекте «Возвышение».
На этот раз пауза затянулась на гораздо большее время. Несмотря на то, что все данные о проекте были уже систематизированы и представлены в удобной для восприятия форме. Причём с выводами.
Следя за полковником, я представлял, что происходит у него в душе — сам через это прошёл совсем недавно. И поэтому не торопил его. Самое главное теперь — какое он примет решение. От этого будет зависеть наш дальнейший диалог.
— Если всё это правда, Алекс, — наконец отмер Гарин. — То мы все в огромной жопе.
— Лучше не скажешь, полковник, — согласился я.
— Мне надо срочно проверить данные и доложить наверх. Поэтому предлагаю перенести окончание спектакля на потом. — Он вопросительно поднял бровь. — Алекс?
Его реакция была вполне предсказуема, но просьба с переносом меня совсем не устраивала. По крайней мере, до того, как мы решим один из главных вопросов.
— Как вы думаете, полковник, сколько стоит эта информация? — поинтересовался я. — Не в деньгах, конечно. А в жизнях, которые можно спасти?
Он насупился, но продолжал молча меня слушать. Мы оба понимали, что на кону стоит нечто неизмеримо большее, чем наши жизни, проблемы и недопонимания. Под угрозой даже с таким трудом отвоёванный шанс на будущее. Будущее близких, страны и всего того, что ещё осталось от человечества.