— Подойди. — Властный голос Владыки прервал поток мыслей.
Матрицу второго грейда, полученную за годы верной службы, Рассел уже успел адаптировать. И тогда он по-настоящему понял всю философию Ордена и своё призвание. Матрица невероятным образом изменила весь организм: нейронные связи, баланс нейромедиаторов, скорость проведения нервных импульсов, даже соотношение типов мышечных волокон. При активации способности мир словно застывал. Время замедлялось. Вот и сейчас, пока Рассел шёл к трону Владыки, ему хватило нескольких секунд, чтобы разглядеть огромный зал в мельчайших деталях. Он даже успел заметить, что сегменты-чешуйки сферического потолка расположены не хаотично. Сияющие в отражённом свете ламп, они затейливой мозаикой складывались в тайные символы древнего языка прародителя.
За спиной Владыки, закованные с ног до головы в чёрную броню, стояли два стража. Высотой более двух с половиной метров, они казались статуями, высеченными из обсидиана. Цепкий изучающий взгляд Рассела пробежался по чешуйкам защитного облачения, острым граням защитных лицевых масок, почти скрытых под тенью капюшонов, но несмотря на весь свой опыт, так и не смог определить модель экипировки. Подмечая детали, он не увидел никакого оружия, кроме парных клинков, чьи рукояти были едва заметны в креплениях гардов за спиной. Неужели, это легендарные ассасины дома Бэл?
Рассел преодолел последние два шага и, стараясь не глядеть на стражей, замер перед широкими ступеням, которые вели на пьедестал к трону владыки. Так близко! Одно неверное движение, — и он даже не почувствует, как его голова слетит с плеч. Вторая эволюция: Рассел завистливо облизнул губы.
— У тебя хороший послужной список, капитан, — через несколько мучительных секунд произнёс Владыка. — Но, как говорил Майк, в тебе кроется и много других талантов. Например, таких как верность и готовность отдать жизнь за наши идеалы.
— Не мне судить, Владыка, — ответил Рассел не поднимая глаз.
— Скромность украшает, но не входит число нужных для возвышения талантов, — чуть улыбнулся Владыка. — И давай без церемоний. Зови меня Найджел.
Мыслимо ли — звать Владыку по имени! Сердце пропустило два удара, но ни один мускул не дрогнул на лице Рассела.
— Ты, наверное, гадаешь, почему ты тут? — поинтересовался Владыка. — Не переживай, ответы скоро будут. Но сначала мы примем нашего гостя.
Словно в ответ на слова Владыки, гермостворка центрального входа отъехала в сторону, пропуская в зал мелкого полноватого мужичка в цивильной одежде. Рассел презрительно ухмыльнулся, видя, как тот дрожащей рукой утёр с лысины пот и неловко застыл у самого входа.
— Приветствую вас, Владыка, — проблеял мужичок через мгновение и сложил кисти рук в ритуальном приветствии.
— Адам, к чему формальности? — снисходительно произнёс Найджел. — Мы ведь давно знакомы.
— В те времена вы не носили титул, господин, — подобострастная улыбка осенила лицо толстяка. — Но вы всегда были благосклонны к верному служителю Ордена.
— Ты по праву считался одним из лучших, Адам, — продолжал Найджел, но в его нарочито мягком тоне послышались холодные нотки. — Вот и сейчас, рискуя жизнью, в тяжёлой ситуации, сумел вырвать из грязных рук низших драгоценный генетический материал, собранный на вверенной тебе базе. Особенно так необходимый нам слепок высшей матрицы.
— Да, Владыка! — неуверенная улыбка вновь расползлась по потному лицу коротышки. — Но потери всё равно очень велики. Оборудование, техника.
— Ах, это! — Презрительно взмахнул холёной рукой Найджел. — Пыль под ногами тех, кто жаждет большего. Имеет значение только возвышение. И всё то, что поможет пройти по его ступеням. Не так ли, Адам?
Последняя фраза, брошенная Владыкой жёстким тоном, резанула словно нож, и Рассел почувствовал, как его вновь пробрал озноб. Коротышка и вовсе, похоже, потерял контроль над собой и стёк на пол дрожащим студнем.
— Владыка, я всё исправлю! — проблеял он, упав на колени. — Я верну носителя в целости и сохранности. Я сам пойду за ней и покараю всех, кто встанет на моем пути!
— Ты обязательно всё исправишь Адам, — в голос Владыки вернулся мёд, но дурное предчувствие Рассела только усилилось. — И сделаешь это гораздо быстрее, чем думаешь.