- Хиро, бесполезно спорить, - перебил его Джон Корел. - Данные по тактике я передал своему помощнику, Санчезу. Малик тоже в курсе происходящего, да и большую часть людей перед тараном мы выведем. Остальных на челноках переправим, когда отправим корабль наберёт инерционную скорость.
- Если при этом весь ваш персонал не облучит к чёртовой матери. Может, всё же мои бойцы займутся тараном?
- Вы плохо знаете мой корабль, господин Председатель, - скривился Корел. - В общем, здесь я спорить не намерен больше. Если вы прикажете, я подчинюсь, но сразу повторюсь, что это нецелесообразно.
- Хорошо, хорошо, Джон, - Хиро до сих пор передёргивало от навязанной должности. - Поступим по вашему, только обещайте, что рассчитаете всё до последнего человека. Я не хочу, чтобы кто-то погиб напрасно.
- Ещё бы, - Корел оказался удовлетворён ответом и кивнул. - Кому, как не тебе, носить эту должность. Я был неправ в прошлом насчёт тебя, но служба, ты сам понимаешь. Думаю, что Фергюсон был бы только рад такому преемнику.
- Этот бюрократ и должен был дальше рулить процессом, - вздохнул здоровяк. - Главное, чтобы этот чёртов инопланетянин находился ровно под станцией, иначе мы здорово влипнем.
- Мне кажется, станция всё время передвигается за местоположением «Колыбели», иначе как она будет транслировать свой сигнал. В любом случае, когда мы подойдём ближе, то сможем отследить сигнал с научной базы и отбуксировать станцию к местоположению этой адской машины. Буду надеяться, что всё пройдёт без проблем.
- Что-то мне кажется, что просто не будет, - ответил Хиро скептично. - Мы занимаем порядок согласно нашему плану и да помогут нам боги.
Корабль бывшего Совета сдвинулся с места, Ковчег повторил манёвр. Два корабля нового Совета вошли в зону покрытия радара «Детерминуса», но никаких агрессивных действий со стороны станции не предпринималось. Массивная космическая махина даже не включила защитное стазис-поле. Ковчег и «Детерминус» сходу открыли огонь, пытаясь бить по ключевым энергетическим точкам. Космос осветили вспышки лазерных лучей и гроздья ракет, вонзавшихся в металлические перекрытия.
Отступление. «Демон», корабль «Наследия», двумя днями ранее.
Челнок, в котором летела Патриция, был совсем маленьким, если сравнивать с военными или гражданскими транспортниками. Зато по статусу комфортности он варьировался по шкале от десяти на двадцать баллов. Мягкая обивка, системы аварийного жизнеобеспечения, экраны голографических мониторов, которые транслировали старые пьесы и произведения современных авторов, можно было найти что угодно, здесь было целое хранилище фильмов. Вдобавок к этому, здесь оказался приличный бар, алкоголь в котором должен был стоить целое состояние, судя по этикеткам.
Правда, сейчас женщина чувствовала себя одиноко, кроме неё, пассажиров здесь больше не было. Пилот же молчал и на все попытки завязать разговор не реагировал, каждый раз отвечая односложно и без энтузиазма. Видимо, был дан приказ не входить с объектом встречи на контакт. Поэтому, Патриция сосредоточилась на каком-то фильме-катастрофе, снятом относительно недавно, около полугода назад. Но сюжет от неё ускользал, мысли всё время возвращались к убийству агента Серрано. Никакие оправдания, вроде тех, что Джонатан сам был во всём виноват, не помогали. Даже несмотря на то, что убийство для неё было не в новинку, это почему-то на неё давило.
Челнок подлетел и приземлился на посадочной палубе огромного шарообразного корабля, платформа под транспортом провалилась и тот заскользил вниз на импровизированном подъёмнике. Видимо, здесь не было принято пользоваться шлюзами, или они очень берегли роскошную машину. Она всё больше убеждалась в том, что всё сделала правильно. Это была огромная честь, никто из агентов не получал такой подарок при жизни.
Да, она знала, что агентов устраняют по истечению срока выработки их ресурса, должность дала ей возможность наблюдать и за группировкой «Наследия». Она знала о кураторах и их методах выведения членов группировки из игры. В ход шло всё: самоубийственные задания, подставы перед другими группировками, промывка мозгов, личное устранение. Кураторы не гнушались ничем, порой, используя агентов в своих личных целях. Моральный облик у «Наследия» был так себе с оборотной стороны. Зато для людей они казались чуть ли не героями, наравне с Ковчегом. Даже чёрная пропаганда Совета не могла до конца людей в этом разубедить.