Ну и что. Ей какое дело? Она будет сделать всё, что прикажут, не сомневаясь и не оспаривая решения «Наследия». Она и так лучшая, а сейчас у неё на руках карт-бланш. Патриция мельком посмотрела информацию, пока они летели. На носителе информации оказались тактические планы Ковчега, а также наработки учёных «Терции». Женщина пыталась разобраться, но её скромных познаний в области науки не хватило, чтобы понять то, что пытались объяснить учёные. Впрочем, с тактикой было всё ещё хуже. На «Демоне» должны были разобраться, там же сидят учёные.
Челнок, наконец, остановил свой бег по подземным переходам, и всё вокруг стихло. Пилот выбрался из своего кресла и открыл перед Патрицией дверь. Она сделала нерешительный шаг наружу, нервно поправив на плече сумку. Её встречали.
Парнишка, лет двадцати, молодой и ещё более молчаливый, чем пилот челнока, проводил её до лифта и дал команду на отправление. Подъёмник быстро помчался вверх, и через пару минут остановился с мелодичным звоном. Странная машина, как будто и не военная вовсе. Патриция нервничала всё больше. Она привыкла действовать, втягивая людей в разговоры, а здесь, как будто бы все сговорились и проглотили разом язык. Никто не хотел отвечать на вопросы, она была как будто никому не интересна. В то же время, они обращались с ней, как с именитой гостьей.
Дверцы лифта ушли в стороны, он остановился. Пространство перед ним оказалось просторным холлом, похожим на приёмную у Председателя Совета. Посередине оказалась видна стойка, с сидящей за ней миловидной девушкой. Патриции она сразу не понравилась, знала она таких людей. Эта девица умильно могла тебе улыбаться и раздавать комплименты, в следующую минуту стреляя тебе в спину по приказу руководства. Женщина подошла к стойке.
- Добрый день, госпожа Патриция, - девушка чуть наклонила голову, приветствуя гостью. - Я — Жюстин, личный секретарь господина Биргхира. Перед тем, как вы пройдёте в кабинет, вам нужно сдать личные вещи, оружие, одежду, обувь. К тому моменту, как вы вернётесь, все они будут переправлены в вашу персональную каюту на нашем корабле.
- Вы что, хотите, чтобы я шла к нему голышом? - издала нервный смешок Патриция.
- В боксе, в котором вы будете переодеваться, есть несколько комплектов одежды. Костюм можно подогнать под размер своего тела, но только по ширине, поэтому подбирайте одежду сообразно своему росту, - с той же участливой улыбкой ответила Жюстин. - Чтобы вам было удобно. Все ваши вещи будут обработаны и возвращены вам в целости и сохранности.
- Ладно, - проворчала Патриция. - Где этот бокс для переодевания?
Секретарь плавным движением руки указала налево, в стене выдвинулась секция, из которой в коридор показался прямоугольник приглушённого цвета. Патриция, даже не попрощавшись с Жюстин, зашагала налево, снова поправляя на ходу сползающую с плеча сумку. Уроды. Хорошее настроение таяло просто на глазах. Ради чего это всё? Нет, тут вопросов задавать не стоило, жизнь капитана корабля «Демона» должна была быть превыше всего. Но это унижение чистой воды.
Женщина зашла в бокс, который оказался довольно просторным. Кажется, сам серый пластик светился изнутри, подсвечивая сиденье, вешалки и несколько открывающихся контейнеров для вещей.
- Пожалуйста, поместите вещь, о которой вы заявили на «Терции» в первый, маленький контейнер, - голос Жюстин где-то над головой заставил Патрицию подпрыгнуть от неожиданности.
Стерва! Она ещё и подсматривает, наверное, сейчас. Женщина достала носитель информации и аккуратно положила его в ящичек. Тот закрылся и зажужжал, через минуту снова открылся, уже пустой. Кажется, посылка ушла по назначению, теперь у неё не осталось козырей.
- Теперь нужно сложить оружие и личные вещи во второй бокс, - снова повторилось приказание. - Визор и очки тоже.
Женщина подчинилась. Растерянность сменилась гневом, когда Жюстин вежливо попросила снять всю одежду, вплоть до нижнего белья. Нож, или удавку в трусах она протащить пытается, так выходит? Патриция раздевалась быстро, повесив на вешалку вначале одеяние по типу хитона, с которым она не смогла расстаться даже после того, как покинула заражённую колонию, потом и нижнее бельё. Одежда была её инструментом, её щитом, которого сейчас её же и лишали. Она критически осмотрела себя в зеркальную поверхность. Денег в своё тело она вложила много, стесняться наготы она разучилась после изучения нескольких весьма пикантных способов добычи информации.
Тогда что же её сейчас так бесило? Всё! Смерть Джея, сучка-секретарь, молчаливые стражники «Демона». Не в наготе было дело, а в том, что они молча подталкивали её к тому, чтобы она это делала сама. Это гадская политика «Наследия», как будто бы всё, что происходило, делалось по мановению дирижёрской палочки правления группировки, но в то же время и без их участия.