В какой-то момент, замигало освещение, и потолок начал осыпаться кусками пластика, видимо, в целях безопасности, при аварии стыки повреждённых перекрытий быстро «зарастали» пластиком, скрепляя и держа аварийные зоны до полноценного ремонта. Но, перекрытия не выдержали. Удар извне оказался очень мощным, и на людей в лаборатории обрушился потолок. В считанные секунды, просторное светлое помещение превратилось в свалку из металла и тел. На счастье её, капсула выдержала удар балки, и железная махина прошла вскользь, напрочь снеся блок электроники, крышка зашипела и стала открываться. Проделав половину пути, она застряла, но Патриция смогла выбраться, расцарапав себе кожу на спине и животе, упав прямо на кривую железную балку. Боль была нестерпимая, женщина орала, призывая проклятия на всех, кто её в это втянул. Какое-то время она ещё лежала, пытаясь прийти в себя и баюкала боль в боку, потом перебралась на пол и попыталась ползти, оглушённая и дезориентированная.
Ей повезло ещё раз, она нашла выход в раздевалку, где долго шарилась по ящикам, пытаясь найти хоть что-нибудь под свой размер. Ладони и колени кровоточили, ползая, она ободрала себе всё, что только можно. Зато сейчас, обработав порезы и перевязав рану на бедре, она почувствовала себя полегче. Умыться и привести себя в порядок, правда, не удалось, душевые завалило.
Потом женщину опрокинуло на пол, кажется, корабль во что-то врезался, освещение окончательно вырубилось, замигали красные светильники, придавая обстановке какой-то совсем мрачный вид. Загундосил голос, предупреждающий о разгерметизации и химической опасности. Патриции пришлось в темноте искать комбинезон защиты.
И вот она здесь. Чёрт знает сколько времени бредёт в этой темноте, подсвечивая себе дорогу визором, который она сняла с убитого учёного. Хорошо, что одежда почти впору, не мешается в комбинезоне, иначе бы совсем туго пришлось. А ведь ещё есть опасность нарваться на кого-нибудь из живых на этом корабле, а она сейчас не боец.
Сколько времени она брела по коридору, заваленному обломками, она не знала, но в конце концов она выбралась к зияющему провалу. С большим риском для здоровья можно было бы спуститься, но она боялась вывалиться в одной, совершенно непригодной для агрессивных сред защите, в космос. Спуск вниз не освещался, темно было так, что визор дальше, чем на метр не освещал.
Патриция раздосадованно пнула по какой-то железяке под ногами, развернулась и побрела обратно, пытаясь найти лифт. Может, удастся спрятаться на уцелевшей палубе и каким-то образом выжить, взять заложника, или смешаться с толпой. Визор она сняла с женщины, значит, можно попробовать выдать себя за убитую учёную, если конечно у той не было имплантанта.
Вот только не получилось выбраться. В коридоре она увидела лучи фонарей, которые светили в сторону от неё, женщина погасила визор, чтобы не выдавать себя. Солдаты, спустившиеся на этот уровень, почти сразу же рассредоточились, двое пошли в её сторону. Дьявол!
Патриция поползла обратно к провалу, возвращаться обратно в лапы Биргхира она не хотела. Старалась двигаться аккуратно, чтобы не создавать лишнего шума. Кажется, она порвала комбинезон, но сейчас это уже было неважно, главное уйти, спрятаться. Женщина не заметила, как оказалась у провала и, не удержавшись, свалилась. Она покатилась по наклонной поверхности, больно въехав во что-то ногой, потом боком, потом она приложилась головой и потеряла сознание.
Очнулась она с головной болью, в груде какого-то мусора. Женщина попыталась подняться, но сразу не получилось, минут десять она лежала, пытаясь сообразить что происходит вокруг. Ничего не происходило, вокруг было темно, где-то капала вода. Мир был искажён, маска-генератор на лице треснула. Патриция медленно сняла её и положила рядом, если уж она может дышать, значит ещё не в космосе.
Ещё минут пятнадцать она посвятила тому, чтобы привыкнуть к боли, правая нога не слушалась, кажется, был перелом. Патриция включила визор и осмотрелась, это был не корабль, осколки его, да, но не сам корабль. Женщина лежала на земле с характерным красноватым оттенком, который только на одной планете так и не подвергся изменению. Сомнений не было, она была на Марсе, значит есть шанс уйти. Голова соображала плохо, такой бесполезной она себя ещё ни разу в жизни не чувствовала. Вспыхнул визор.