— Плачу четырнадцать, — я буквально кинул фразу в так называемого «продавца».
Его лицо тут же повеселело. Глаза расширились, а улыбка скривилась в чрезмерно хитрую рожу. Он понял, что сейчас начнутся торги. Стало быть, кто-то уйдёт ни с чем, а кто-то точно переплатит, и лишь торгаш окажется в выигрыше. Если он не в курсе про печать, а я думаю, что это именно так, то мы в его глазах настоящие лопухи. Да уж, не часто увидишь аукцион, где в качестве лота выступает обыкновенный валун. Правда, у нас он не совсем такой, надеюсь, всё же, что об этом знаю только я.
— Двадцать! — выкрикнул усач.
Услышав нешуточную сумму, люди начали пристально следить за торгами. Они смотрели, то на меня, то на усача, то на торгаша. В общем, наше «представление» вызвало у них неслабый интерес. Я даже заметил, как под общую суматоху, чья-то худая рука стащила со стола небольшой камушек. Но говорить об этом не стал, не хотел помогать мерзкому обманщику.…
— Двадцать один, — я, хоть и скромно, но перебил чужую ставку. Затем обернулся к усачу, — извините, а зачем вам этот валун?
— Дверь в сарае подпирать, — нарочито серьёзно ответил он, едва заметно нахмурив густые брови, — двадцать четыре лона!
— А мне орехи колоть, — парировал я. Повернулся и посмотрел шарлатану-торгашу в глаза: — тридцать!
О боже, что я творю! Это азарт, желание переиграть усача или мне действительно нужен чёртов камень с погасшей магической печатью? Сам себя не обманешь, азарт сыграл определённую роль, но и магическая печать от этого менее ценной не стала. Может быть я смогу найти по ней геомага. Как, например, рыцарь нашёл бы кузнеца по клейму на оружии. В моем случае, конечно, всё не так просто, магическую печать нужно будет как-то активировать, а то и расшифровать. Но, он нужен мне позарез.
— Тридцать пять!
— Сорок! — я снова перебил, надеясь, что больше конкурент уже не поставит.
Всё-таки у меня всего пятьдесят один лон, а ещё нужно еды купить, и не на один день. Запасы для похода мы с другом договорились не трогать. Поэтому он не шибко обрадуется, если я потрачу последние монеты на какой-то там валун с магической картинкой. Ценность он представляет для меня, но не факт, что для друга.
— Ха! Сорок пять! Ну, попробуй, больше, — сказал усач.
Я специально обернулся посмотреть на эту наглую харю. А он даже не пытался сдержать ехидную ухмылку, она показалась мне довольно знакомой. И тут я сообразил, что примерно так же хитро начал улыбаться шарлатан, когда понял, что за его камень начались серьёзные торги. Но с ним-то всё понятно, он продаст чёртов булыжник за баснословную сумму. А мужику с усами с какой стати радоваться? С хорошей покупки? Он в любом случае заплатит слишком много… Зараза!
— Ну, молодой человек, повышаем? — спросил торгаш, хитро щурясь. Думаю, под столом он потирал руки…
И тут до меня дошло. Внезапное появление незнакомца, который непонятно зачем хочет купить камень, одинаковые противные и хитрые ухмылки. Зуб даю, что эти скоты в сговоре. По любому они заметили, что мне приглянулся один из самых больших камней. Тот первый, наверняка, дал знак второму, и началось: Усач-подстрекатель, более подходящей формулировки я не придумал, стал завышать цену. Я делал это в ответ, и они поняли, что я клюнул, попался на крючок. Идиот.
Но их жадность их же и погубила. Последнее слово всё ещё держалось за подстрекателем, толпа смотрела на меня десятками глаз. Кто-то крутил пальцем у виска, кто-то подмигивал, иные откровенно пялились, забывая, что их лицо вытянулось в идиотскую рожу. Играть по правилам мошенников, я не собирался, а, значит, и повышать ставку не буду. Но в ином случае я останусь без камня, а значит и без печати.
Что делать? Мысли неслись в голове, как поток воды с крыши в сезон дожей. Я пытался найти выход, чтобы не потратить последние деньги, но и не распрощаться с камнем.
— Ну-у-у?! — протянул торгаш, с явным намёком, что мне было бы неплохо повысить ставку, иначе их крупная рыбка сорвётся с крючка.
— Погодите же вы! — крикнул я так, что толпа дрогнула.
Через пару секунд я подошёл поближе к столу, упёрся на него правой рукой и наклонился в сторону шарлатана. Тот зеркально повторял все мои действия, вроде бы, это хороший знак, который говорит о некоем «контакте» во время диалога.
— Значит так, — угрожающе шепнул я ему.
Торгаш-мошенник настолько опешил, что только и успел задрать брови.
— Или ты отдаёшь мне камень даром, или я расскажу всем, чем вы тут занимаетесь с вон, тем усатеньким дружком.
— Э-э-э… и чё ты им скажешь? — перейдя на шёпот, спросил он.