— Эстка, а, Эстка, можно и повежливее, — прямо сказал я.
— Не умею, отстань, — буркнула она.
— Тогда и я обзываться буду, вредина белобрысая, — я скорчил нарочито злобную улыбку.
— Ой, лучше не начинай! Ты же понимаешь, что я… это в шутку. Могу обзывать тебя дураком, идиотом, пнём трухлявым, но делать это любя, — объяснила Эстка, — по правде же я так не считаю, иначе стала бы я с тобой водиться?
— Интересно… — задумался я. Железный олень так и тянул взгляд на себя, но Эста больше.
— Хватит сидеть: слюни пускать, — оживилась она, — говори прямо отца хорошо знаешь?
— Да, он много доброго для меня сделал.
— Чё?!
— Помог мне, когда я был совсем ребёнком… — и тут я хотел рассказать немного о своём печальном прошлом, но она прервала меня. И правильно, не самое подходящее время и место, чтобы делиться такими историями.
— А если он тебя узнает? Боже ж ты мой!
— Узнает и что? — не понимал я.
— Ты сам как думаешь? Староста Трелеса примет избранника единственной дочери, если тот окажется полунищим золотоискателем ещё и геомагом?
— Упс… — обронил я, — но ты-то…
— Я не мой отец, поверь.
— Так что делать? Сбежим? — снова язык стал моим врагом.
— Куда, в лес добывать золото? — усмехнулась она, — ты с ума сошёл?!
— Почему бы и нет.
— Нет мне-то в лесу нравится, но и в поместье с садиком неплохо… Просто есть способы попроще, — на её лице появилась хитрая улыбка. Она явно что-то придумала.
— Например?
— Трансформация.
— Это ещё что такое? — догадки, конечно, у меня имелись. Но неужели она правда собралась изменять мою внешность? Навсегда?
— Немножко поколдую над твоей мордашкой. Тогда отец тебя не узнает, — объяснила она.
— Стоп, стоп, стоп! Я может и не самый красивый в городке, но менять лицо не дам.
— Хи-хи, не бойся ты! Я просто выращу тебе бороду.
— Ладно, это не страшно, — что до настоящей бороды, то у меня пока пробивались только редкие щетинки, ну и неплохие усы.
Думаю, что всё дело только в молодости. Отец мой носил густую бороду, казалось, что в ней мог перезимовать какой-нибудь зверёк и его бы даже не заметили. А сам отец мне всегда говорил, что всю жизнь ходил с лицом гладким, как у младенца. Но стоило ему только набрать двадцать лет отроду, так борода, как сорняки в огороде расти и сгущаться начала. Хоть в чём-то я опережу отца, причём на целых три года. Грустно, правда, иногда пробирает, но не сейчас.
— Ну, поворачивайся, — сказала она.
— Угу, — я повернул голову в её сторону.
— Больно не будет… наверное, — ухмыльнулась она и обхватила мой подбородок нежными руками.
Приятное тепло пробежало по лицу. Эстка закрыла глаза, вокруг её кистей появились едва заметные розоватые ауры. Вдруг на нас посыпались жёлтое-серые жухлые листочки. Сначала несколько, затем всё больше и больше.
— Нет! — воскликнула Эстка, — пошли в другое место, или я из деревца всю энергию вытащу.
— Да, идём. Такой чудесный кустик надо бы беречь.
Мы отошли на несколько метров от чудо-скамейки. Эстка подошла к пруду, села рядом с рогозом и камышом. Я без особой радости уселся рядом. Огорчало меня только то, что я мог испачкать новые штаны и ботинки. А, впрочем, этого всего лишь, вещи. Которому к тому же можно постирать или заменить на новые. Сейчас решается вопрос гораздо большей важности.
— Крис, кстати, скажи-ка мне, что за растение такое. Растёт около воды, ближе к осени на нём появляются тёмно-коричневые длинные шишки, состоят они из пуха, — договорив, она уставилась на меня будто бы от этого вопроса зависла чья-то жизнь.
Кажется, я всё понял. Это проверка, она же биомаг, значит, должна понимать в растениях и животных. Но ничего, я «подготовился»: книги Доквина же читал. В это ловушку не попадусь. Я прекрасно знаю, что все люди путают рогоз и камыш. Называют первый, что имеет пуховые «сардельки», — камышом.
— Рогоз, — уверенно отвечаю я.
— Хорош! — хвалит меня Эстка, — а ты не такой тупой, как кажешься. Хи-хи, — говорит она и смеётся.
— Ну, спасибо… — очередной «приятный» комплимент.
— Ладно. Давай сюда мордочку, — просит она.
Я поворачиваюсь к ней и наклоняюсь ближе. Её кисти обхватывают мой подбородок, словно тёплый зимний шарф из самой новой шерсти. Приятное тепло от нежных рук бежит по коже. Буду надеяться, что борода вырастит без боли.