— Всё, теперь будем ждать, — продолжая нагнетать температуру сказал друг.
— Как мы поймём, что готово?
— Легко. Видишь форму?
— Да.
— Ну вот, когда она станет красная тогда и можно будет вести обратный отсчёт.
— А печка выдержит такую температуру?
—Должна, я строил её по всем правилам.
Какое-то время мы только и делали, что подкидывали дров да сжимали меха. Делали это по очереди, быстрое сжимание мехов очень утомляло. Но останавливаться было нельзя. Каждая секунда, когда в печь не поступал воздух не позволяла расти температуре, а то и вовсе снижала её.
Я уже раз десять пожалел, что согласился выплавить золото в печи. Отделить золото от сора я мог и при помощи магии, причём сделал бы это куда быстрее. Но друг спорил и объяснял свою точку зрения. Он утверждал, что мы делаем это только в качестве эксперимента. То есть, сами мы воспользуемся таким способом лишь раз. И для того, чтобы проверить его эффективность. Если окажется, что печка способна отделить золота от сорной породы, то её можно будет использовать в производстве. То есть, научить пользоваться ею големов. Тогда они точно смогут добывать золото, как сказал друг, автономно. То есть без нашей помощи и, возможно, вообще вмешательства. Если у нас будет много приисков, то это просто идеальный вариант.
— Всё, готово! — радостно воскликнул друг, — жми меха, я достану формочку.
Я принялся из последних сил нагонять воздух в печь. Друг схватился за щипцы и сунул их в пекло. Быстро подхватил форму, вынул её и побежал к ручью. Я устремился за ним, чтобы не пропустить самое интересное. Пока мы бежали друг перехватывал щипцы и кричал:
— Горячо, горячо!
Да, нужно было подумать про перчатки или более подходящий инструмент заранее. Когда мы домчались до воды. То друг быстро поставил форму прямо в воду, на мелководье. Вода начала шипеть и кипеть. Но продолжалось это не очень долго. Форма вскоре остыла, шипение прекратилось. Со внешней стороны отошел тонкий слой железа или загрязнения.
— Пальцы туда не суй, — держа свои в ледяной воде, предостерёг меня Оскард.
— Не буду, — ответил я, рассматривая вроде бы остывшую форму.
— Золото и всё остальное тебе пальцы сожгёт.
Дождавшись, когда всё остынет, мы стали очень осторожно вынимать из формы породу. Сначала сняли некий слой, напоминавший затвердевшую пену. Он был очень лёгким и даже плавал в воде. Когда я такое увидел, то неслабо удивился. Вроде бы камень, а сам на воде держится. Оказалось, что это какая-то разновидность сорной породы. Затем мы достали следующий слой, тот уже легко крошился и напомнила песок.
Достали мы и все остальные фракции. Все они слегка отличались друг от друга. Именно поэтому высокая температура и разделила их на разные слои. Золотой оттенок уже почти проглядывался в чаше, оставалось снять последний слой сорной породы и насладиться результатом своего труда. Мы вынули чёрный рассыпчатый круг.
— Золото, Крис, — едва не пропел друг и перевернул чашу, — ты готов?
— Да, не томи уже!
Одной рукой он поднял чашу с другой, и мы увидели золотой приплюснутый круг. Его фигура не была идеальной, она повторяла кривую форму чаши для плавления. Но это и не важно. Зато всё золото отделилось от сорной породы.
— Тяжёленькое, — друг подвигал рукой вверх и вниз. Затем передал мне огромную золотую монету.
— Ого, интересно сколько здесь?
— Это мы скоро узнаем, — улыбнулся друг, — вместе в город продавать пойдём?
— А кто с големами останется?
— Зараза, и то верно.
Мы всё обсудили и пришли к единому соглашению. В город пойду я, а друг останется в лагере и подготовится к переезду. Ведь эту чашу водопада мы выработали без остатка, а значит нужно искать и разрабатывать следующую. Оскард дал мне список, согласно которому я должен закупиться оборудованием. Не знаю, как я сам его доставлю, но видно об этом придётся подумать потом.
А пока я переоделся в свой новый прикид. Правда после дуэли он выглядел уже не очень новым и не очень целым. Пришлось залатать дыры, пришить в некоторых местах заплатки. В целом, для нашего городка, вполне ничего. Я отправился в город, чтобы продать золото, купить инструменты и, возможно, заглянуть в гости к Эсте.
* * *
Наверное, можно было продать золото где-то ещё кроме лавки для золотоискателей, но я такого места не знал. Поэтому и пришёл именно сюда. Женщина встретила меня не так, как в первый раз. Любезно поздоровалась, сразу же предложила мне присесть. Наверное, сразу увидел, что в кармане я скрывал кое-что ценное. В банке лежали золотой песок и переплавленное в округлую лепёшку золото.
— Здравствуй, ты у меня теперече частый гость?
— Надеюсь, что так, — улыбнулся я. Подошёл к стойке и выложил золото.
— Льюис замолвил за тебя словечко, — улыбнулась женщина.
Вот этого я точно не ожила. Оказывается, её расположение ко мне было вызвано не тем, что я хотел продать золото. Она просто дружила с Клёнчем, а тот видно сказал ей относиться ко мне хорошо. Чёрт их знает, этих стариков. Но я не против, главное теперь меня не будут выметать из лавки старой метлой.
— Вот всё золото.
— И долго вы его добывали?
— Около месяца, — формально, конечно, намного меньше.
— Сейчас взвесим, — она нырнула под прилавок и показалась вновь с весами в руках.
Глава 16
— И что, много здесь? — спросил я у хозяйки лавки.
— Погоди-погоди.
Она высоко подняла брови, вытянула губы в длинный овал и внимательно смотрела за стрелкой. Та всё бежала по шкале граммов дальше и дальше. Наконец она остановилась, перестала трястись и только после этого пожилая женщина сказала результат взвешивания:
— Восемьдесят пять... нет погодь! Все восемьдесят шесть граммов!
— Ого! — внутри всё горело от радости.
— Продашь? — спросила женщина, видно она была рада ненамного меньше меня.
— Сколько за грамм?
— Сколько скажу столько и будет, в Трелесе всё равно лучше цены не найдёшь.
— Хм... а, если я поеду в другой город и продам там? А может у нас неофициальные скупщики найдутся? — не зря я так долго всё это продумывал. Золото за дёшево продавать не собираюсь.
— Хорошо. Я расскажу тебе всё, только пообещай, что продашь мне.
— Если цена устроит.
— Цик... — она щёлкнула языком, — Льюис перехвалил тебя.
— Возможно, но точно не мой ум.
— Ладно-ладно, слушай. Ты правда найдёшь скупщиков в Трелесе но ни один из них не сможет купить всё твой золото сразу. Максимум тридцать, ну может сорок граммов.
— Хм. То есть они предложат большую цену?
— Скажу честно, чуть больше моей. Но ты сам подумай, сколько ты потратишь времени на их поиски.
— Тоже верно, а если я отправлюсь в Акшпыц?
— Давай считать. Лошадь у тебя есть? Повозка?
— Нет.
— Ну вот, ты уже всё разницу на одной поездке потеряешь. А на месте тебе ещё будет нужна еда, ночлег... Да и вообще по дороги ограбить могут. Продавай мне не прогадаешь.
— Так сколько? — спросил я, понимая, что она меня почти убедила.
— Двадцать семь.
— То есть я получу... пара секунд на вычисления.
— Не напрягай мозги, — она нырнула под прилавок и достала какую-то штуковину с бегающими по проволокам деревянными шариками. Средним пальцем начала двигать белые и чёрные туда-сюда, — две тысячи триста двадцать два.
— Офигеть, — выронил я.
— По рукам? Ну, не тяни кота за хвост.
— Продано!
— Готовь рюкзак, сейчас принесу тебе три мешочка монет.
Хозяйка ушла в кладовую. Закрыла поплотнее дверь, но я всё равно услышал, как она шуршала тяжёлыми цепями и, кажется, раскрыла парочку замков. Пока её не было я стоял, надеюсь не с открытым от счастья ртом, и размышлял.
Да, она предложила цену за грамм всего в двадцать семь лонов. Это значительно меньше, чем раньше, но я всё равно был на седьмом небе от счастья. Вдуматься только. Около трёх недель не самой пыльной работы, я бы даже сказал интересной и полезной, на природе и с другом. Несомненно, больше всего перетрудились големы, которые и были нашими живыми мускулами. Можно сказать инструментами, которые понимали и выполняли приказы. Но и наш с другом вклад переоценить сложно.