— Шоб я ещё хоть раз купил этнот Акшпыцкий сорняк, тьфу-тьфу…
После он поджёг маленькие прутики и уложил сверху покрупнее, огонь разгорелся во всю, осветив центральную комнату.
Дальше толстяк решил посетить комнату, где ещё не бывал. Он зашёл в неё и увидел целую кучу земли, и земляную гору, облепленную камушками. Рассмотрев всё это хорошо, даже потрогав в некоторых местах, он пришёл только к одному выводу.
— Вот, чёрт, лепит земле-демона своегонного!
После толстяк замахнулся ногой и пнул горку, которую сделали големы, в самое «подножье». Она разрушилась от одного удара. После этого его посетила ещё одна очень интересная идея. Рекуб подумал, что раз уж здесь действительно живёт геомаг, а это его сырьё, из которого он и творит големов, то значит это только то, что земля волшебная. Толстяк ссыпал пару горсток себе в карманы, зачем, правда, не знал, но думал, что пригодится.
Выйдя из комнаты големостроения, он зашёл в другую, где очень неудобно стоял шкаф. Тот самый, которым Крис закрыл дыру в доме. Толстяк схватил его обеими руками и дёрнул в сторону, отскочив назад.
— Ах-ахгы-ха, — гоготнул Рекуб.
Старый полу сгоревший шкаф развалился на отдельные доски и щепки. За ним показались еле-еле державшиеся деревяшки, которые хоть как-то прикрывали отверстие в стене дома. Именно они и привлекли внимание толстяка. Он выдёргивал их и представлял, как парнишка вернётся домой и всё это увидит. От этих мыслей настроение Рекуба только поднималось, хотелось крушить всё больше и больше.
Закончив в комнате с дырой в стене, он ушёл в другую и раскидал там всё, что мог… Затем вернулся в центральную и сел за стол, чтобы немного перевести дыхание. На его глаза попалась книга: «Иные виды». Та самая, которую Крису подарил Оскард. Но Рекуб читать не умел, а внешний облик книги про золотодобычу напрочь позабыл. Поэтому он и посчитал, что на столе лежит именно она. Он схватил книгу и начал вырывать странички. Мять их и кидать в огонь. Разобравшись с книгой, он начал думать над тем, что бы ещё такое устроить.
Вдруг ему на глаза попалась какая-та штуковина, которая держала дохлую крысу. Он подошёл к устройству и осмотрел.
— Ага, ловушка…
После этого он облазил весь дом и нашёл ещё несколько крысоловок. Подоставал из них дохлых крыс и накидали их на солому, подозревая, что это и есть постель, где спит нищий парнишка. В завершение всего ещё хорошенько потоптался на ней и помочился…
Затем он разнёс все в центральной комнате, уже думал затушить пламя в камине, чтобы уйти. Но в мыслях мелькнула жуткая идея поджечь дом. Но Рекуб выкинул эту дурную затею из головы. Посчитал, что это уже слишком много для мести мерзкому парнишки, всё-таки тогда он совсем останется без дома... Да и потом, Рекуб вполне насытил своё желание отомстить. Подошёл к камину и услышал чей-то рык.
Он посмотрел в другую комнату и увидел, что через дыру в стене пролез горволк. Из его бока торчали два гвоздя, лишь слегка показывая шляпки. Он скалил зубы и злобно рычал, царапал когтями доски.
– Тихо-тихо… – выпучив глаза от испуга, прошептал Рекуб.
Он отступил назад и схватил какую-то доску, некогда часть, нынче разломанного шкафа. Размахнул ей, но зверь не отошёл. Недолго думая, Рекуб направился к входной двери, открыл её и выскочил на улицу.
Но и тут его ждал неприятный сюрприз.
На выскочившего из дома толстяка тут же грозно тявкнул большой мохнатый горволк, обнажив зубы. А второй сжал челюсти в опасной близости от руки Рекуба. Два хищника будто специально поджидали у входной двери. Толстяк резво заскочил обратно и попытался захлопнуть её. Но проворный зверь оказался намного быстрее. Он успел сигануть в дверной проём, однако, Рекуб очень сильно дёрнул ручку.
Горвол получил по рёбрам с обеих сторон и громко взвыл. Рекубу пришлось отпустить ручку. Иначе зверюга, с налившимися кровью глазами, вполне мог цапнуть. Отступать особенно было некуда. Толстяк оказался зажат между стеной с камином и тремя голвалкими.
Самый большой из них, который забрался в дом первым, рычал и скалил зубы намного свирепее остальных. Второй был чуть крупнее главного, но напоминал скорее бешеную пушистую собаку, чем лысого волка. Третий зверь, именно его толстяк и придавил дверью, тявкал тише всех и побаивался нападать первым, наверное, некоторые рёбра не выдержали.