– Остановитесь! – раздался громкий повелительный окрик со стороны двери.
Оба лиринкса замерли. Коэланда протиснулась в узкий лаз и прошла в лабораторию. За ее спиной появилось еще несколько лиринксов.
– Ну? – снова раздался ее грозный голос.
– Он украл моего снизлета! – закричала Льетта. – Он взял его без спроса и поместил в своего рризика! А теперь он умер.
– Это правда? – сердито спросила Коэланда.
– Я действительно взял его, – ответил Рилл. – Но он еще жив.
– Я требую, чтобы он отплатил своим телом! – кричала Льетта. – Этой ночью я поняла, в чем заключается ошибка, а теперь придется начинать все сначала!
– Ты можешь что-то сказать в свое оправдание? – обратилась Коэланда к Риллу.
– Решение проблемы заключается в обеих работах, – ответил он. – Рризик хорошо приспособлен для… – Он покосился на Тиану: – Для работы, но он туповат и не поддается дрессировке. Ее снизлет очень сообразителен и хорошо приспосабливается к новым условиям, но слишком слаб, чтобы выжить во внешнем мире. Я соединил эту пару, поместив ее существо внутрь своего…
– Никогда! – зарычала Льетта. – Рризик так же безобразен, как и его создатель. Он ни за что…
В клетке что-то щелкнуло. Существо поднялось на ноги, шатаясь, словно новорожденный теленок. Его покрытая колючками морда явно принюхивалась. Вот он шагнул, упал, снова поднялся и сделал еще несколько неуверенных шагов. С каждым движением зверек обретал новые силы.
Все лиринксы, даже Льетта, окружили клетку. Через минуту зверек подпрыгнул. Потом разбежался, снова подпрыгнул на всех четырех лапах, перевернулся в воздухе и благополучно приземлился. В следующий момент зверек прижался мордой к прутьям клетки и уставился на окружающих. В его глазах, без сомнения, светился разум. Рилл испустил оглушительный радостный рез.
– Мы сделали это! – заорал он, схватил Льетту на руки и закружил, несмотря на ее притворное сопротивление.
Льетта заразилась его радостью и даже рассмеялась. Рилл осторожно поставил ее на ноги и торжественно поцеловал в переносицу.
– Льетта, твой снизлет – самое блестящее произведение из всех, что мне приходилось видеть. Мы вместе сделали это!
Льетта сердито потерла переносицу. Рилл протянул ей руку, и после долгих колебаний она все же пожала ее. Так они и замерли, рука в руке.
Коэланда довольно улыбнулась, да так широко, что могла бы захватить зубами голову Тианы. Потом похлопала по рукам обоих лиринксов и направилась к двери.
– Возвращайтесь к работе! Рилл, если ты сумеешь вырастить его, твое заветное желание исполнится.
Потом она кивнула Льетте:
– Может, и твое тоже, дочка, если ты сделаешь правильные выводы. Это только начало.
ГЛАВА 44
Рилл и Льетта решили одну проблему, но перед ними встала другая. Все их создания достигали размеров крысы, а потом рост прекращался. И Тиана этому только радовалась. Ей вовсе не нравился облик нового существа, а уж его манера есть просто приводила в ужас. Однажды Рилл запустил в клетку живую крысу, и после нескольких секунд оцепенения животное попыталось вырваться наружу. Что касается образца, полученного в результате формирования плоти, то он вскочил на спину своей жертвы и буквально оторвал ей голову. На что же будет способно существо, когда достаточно вырастет? И что имел в виду Рилл, когда говорил «достаточно»?
За последнюю неделю случилось еще несколько происшествий. Однажды зверек стал носиться по клетке кругами, ловил себя за хвост и дергал, словно хотел оторвать.
– Снизлет и рризик пытаются выяснить отношения, – пояснил Рилл.
– Это противоречие может свести его с ума, – сказала Льетта, становясь так близко, что их плечи соприкоснулись.
Широкая ладонь Рилла легла на выпуклую ягодицу. Их отношения заметно изменились.
К утру обнаружили, что зверек лежит на полу клетки и задыхается. Вдоль шва на спине образовалась цепочка язв, от которых во все стороны тянулись красные прожилки. Тиана ощущала его страдания, словно свои собственные.
– Прекратите его агонию, – просила она. – Ни одно живое существо не заслуживает таких страданий.
– Что-то не так, Рилл, – произнесла Льетта, обнимая лиринкса за бедра. – Может, нам убить его и возродить снова?
– Два создания просто еще не прижились в одном теле.
Рилл тоже обнял свою напарницу, опустив ладонь пониже талии. Тиана не могла понять, нравится ей или отталкивает такая открытая демонстрация.
– Я считаю, просто наступил кризис и все может решиться в несколько минут, – сказал Рилл, подойдя ближе к клетке. – Тиана, дай мне как можно больший поток энергии. Я попытаюсь ускорить процесс интеграции.
– Мне это не нравится. – Льетта положила свою мягкую руку на его плечо. – Мы рискуем нарушить его психику. Лучше создать новое существо, чем вытаскивать то, которое мы, вполне возможно, не сможем держать под контролем.
Рилл заглянул ей в глаза:
– Давай сначала попробуем, хорошо? Если попытка не удастся, убьем его и начнем заново. – Рилл положил обе руки на клетку, но поле не появлялось. – В чем дело, Тиана?
Она не могла отвести глаз от несчастного животного.
– Это неправильно. Дайте ему умереть!
– Создай ауру в клетке! – резко приказал Рилл.
– Я больше не буду вам помогать!
Рилл вне себя от ярости одним прыжком подскочил к Тиане и вырвал амплимет из рук. Один из его когтей задел ладонь, и Тиана услышала щелчок, словно порвалась ее связь с кристаллом. Лиринкс грубо швырнул ее на стул.
– Нет. Это зашло слишком далеко, – прошептала Тиана, глядя на яркие капельки, сочившиеся из оцарапанной ладони.
На этот раз Тиану заперли в особой круглой комнате у самого основания скалы. В комнате не было окна, и жара скоро стала непереносимой. В совершенно голом помещении с потолка свисал крючок. Рилл подвесил к нему амплимет и запер за собой дверь.
Тиана уселась на пол, но он был настолько горячим, что пришлось встать. Она не отрывала глаз от амплимета, находящегося всего в каких-то четырех спанах от нее, но абсолютно недосягаемого. Тоска по кристаллу обрушилась на нее со всей силой, так что Тиана закричала от горя и боли.
Двадцать шесть часов провела она в этой комнате, беспокойно расхаживая взад и вперед. Ни сесть ни лечь она не могла. Если слишком долго оставалась на одном месте, ноги начинали болеть. Она не могла спать, изнемогала от жары, а луч амплимета, казалось, прожигал затылок. Несколько раз Тиана засыпала стоя, но агония не прекращалась. С каждой минутой становилось все тяжелее, и недалек был тот момент, когда она сдастся, как и всегда.
Это произошло утром второго дня. Тиана принялась колотить ногами в дверь.
– Я согласна. Отведите меня к Риллу, – сказала она вошедшему лиринксу.
Зверек все еще лежал на полу клетки и тяжело дышал. Он выглядел похудевшим, равно как и Рилл, не отходивший ни на минуту от своего создания. Льетты в лаборатории не было, ее отозвали для работы в другом помещении. Рилл постоянно оглядывался, словно хотел что-то спросить.
Тиана взобралась на стул и мысленно погрузилась в волны энергии, окружавшие и пронизывающие огромную магнитную скалу. За последние несколько недель она научилась без труда извлекать необходимую энергию, но ясно понимала: это все равно, что черпать наперстком из водопада. Вокруг нее был океан энергии, в миллионы раз превосходивший ее возможности. Малейшая ошибка – и она мгновенно превратится в пепел.
– Поторопись, – бросил Рилл. – Он слабеет.
Рилл осунулся, словно высох, даже кожа повисла мешковатыми складками.
Тиана каплю за каплей стала подавать энергию в прутья клетки из метеоритного железа. Появилось облачко ауры. Рилл мгновенно почувствовал облегчение. Так они проработали весь вечер, хотя Тиана и не понимала, что именно делает Рилл. К полуночи красные прожилки от язв потускнели, а сами болячки стали затягиваться и пропадать. Тиана и Рилл продолжали работать до самого рассвета и большую часть следующего дня. Только при свете заходящего солнца, заглянувшего в комнату, Рилл объявил перерыв. Существо еще пару раз дернулось, а потом спокойно заснуло. Кризис миновал.