Жизнь космонавта на орбите начинается с вживания, с приспособления сознания и человеческого организма к новым условиям окружающего пространства, и прежде всего, – к условиям невесомости. Одновременно по программе полета начинается работа: с обзора пультов управления, световой индикации, с проведения большого объема технических работ на борту – всего того, что относится к обязанностям летчика-космонавта.
Георгий Береговой в первую очередь контролирует выполнение автоматикой корабля раскрытия солнечных батарей и антенн. Полтора года назад, во время трагически закончившегося полета Владимира Комарова, именно в этот момент начались первые неприятности – не открылась одна из двух батарей. Сейчас же все проходит нормально.
Следующая полетная операция – проверка герметичности орбитального отсека. Все в полном порядке, утечки воздуха нет. Береговой выравнивает давление между орбитальным отсеком и спускаемым аппаратом. Расстегивает ремни, которые фиксировали его в кресле-ложементе, и открывает переходной люк между отсеками. Теперь можно начинать обживать корабль.
Программа космического полета предусматривала начало активных действий космонавта в первые минуты после выхода «Союза-3» на околоземную орбиту. С Земли поступила команда, которая, хотя Георгий Тимофеевич и был к ней готов, все же заставила ощутить волнение. Береговому предстояло провести сложный маневр по сближению с беспилотным кораблем «Союз-2», а потом выполнить причаливание к нему и собственно стыковку.
После завершения космического рейса «Союза-3» газета «Правда» 17 ноября 1968 года опубликует развернутую информацию о полете Георгия Берегового, в которой так будет описан процесс взаимодействия двух кораблей в космическом полете:
«После отделения корабля «Союз-3» от носителя он (т. е. космический корабль. – Авт.) осуществил радиопоиск «Союза-2», после чего начался процесс сближения космических кораблей. После автоматического сближения кораблей до расстояния между ними в 200 метров последующее сближение проводилось под управлением летчика-космонавта. После выполнения этой операции корабли разошлись на расстояние 565 километров, а затем вновь сблизились. При повторном сближении Г. Т. Береговой производил фотографирование «Союза-2» и проводил измерения параметров относительного движения кораблей».
Из приведенного выше текста, опубликованного в «Правде», совершенно ясно, что в полете «Союза-2» и «Союза-3» планировалось только маневрирование и сближение космических кораблей, но речи об их стыковке не было.
Обратимся к воспоминаниям самого Георгия Тимофеевича Берегового о первом дне космического полета: «Автоматически включились бортовые двигатели, и «Союз-3», изменив траекторию полета, направился к точке, в которой должно было состояться космическое рандеву. Оба корабля оказались поблизости друг от друга – их разделяло лишь несколько километров. Сблизившись до двухсот метров, корабли пошли параллельным курсом, – видеть все это, должен сказать, было незабываемым счастьем. «Союз-2» бесшумно несется сейчас в двухстах метрах от моей кабины. По программе нужно свести корабли еще ближе – на расстояние нескольких метров! Пришел черед действовать мне.