Корабль снова пошел вниз, теперь падение казалось окончательным. Он двигался к земле с невероятной скоростью, оставляя за собой дымящийся след. Уже почти у самой земли пилот каким-то чудом смог немного выровнять машину. Корабль не врезался в землю носом, как можно было ожидать, а упал плашмя, скользя дальше по инерции. Его корпус оставлял за собой глубокую борозду в почве, выкорчевывая деревья и ломая всё на своём пути.
Наконец, корабль остановился, застыв среди выкорчеванных деревьев и груды земли. В небе всё ещё витал запах сгоревших обломков, и несколько перехватчиков осторожно кружили над местом падения, готовые в любой момент нанести финальный удар, если потребуется. Быков уверенно скомандовал: — Поднимаемся на борт! Вылет через две минуты.
Сквозь гул двигателя в ангаре уже начали открываться массивные ворота. Металлические створки медленно разъезжались в стороны, пропуская внутрь холодный ночной воздух. Через пару минут «Рейнджер», слегка подрагивая от напряжения механизмов, взмыл в воздух, оставив позади летную палубу и осветив небо короткой вспышкой своих двигателей.
Команде предстояло лететь два часа до цели, и каждый занялся своим делом. Аня несколько раз проверила своё снаряжение: броня, шлем, оружие — всё должно быть в идеальном состоянии. В ритме плавного полёта она пробежалась пальцами по своей винтовке, привычным движением проверяя патроны. Закончив с осмотром, она прикрыла веки, наблюдая за тем, как остальные готовятся к предстоящей операции.
Справа от неё сидела Док — невысокая женщина с короткими светлыми волосами. Её руки ловко перекладывали содержимое походной аптечки: бинты, антишоковые препараты, специальные стимуляторы. Казалось, Док полностью погружена в свою работу, но на лице сохранялась спокойная сосредоточенность. Слева расположился Медведь — здоровяк с густой бородой. Он казался невозмутимым и даже слегка дремал, опираясь на спинку кресла.
Мак, напротив, сидел напротив Медведя, молча поглаживая свою РПГ, словно это была часть его тела. Он внимательно смотрел в одну точку, погружённый в свои мысли. Аня украдкой взглянула на него. Это был крепкий парень, надёжный. В другой ситуации, если бы не постоянная угроза со стороны пришельцев и война, которая поглощала каждый их день, она не исключала бы, что у них с Маком могло бы быть что-то большее, чем просто товарищеские отношения.
В конце салона находились Бобёр и Призрак, сосредоточенно изучавшие карту местности на тактическом планшете. Их глаза следили за каждым элементом цифрового ландшафта, оценивая возможные угрозы, точки укрытия и направления для маневров.
Быков, тем временем, ушёл в кабину пилотов, чтобы уточнить маршрут и убедиться, что полёт проходит без сбоев.
Ёрш остался в своем боевом роботе, в "Атласе". Этот огромный механизм, словно дополнительный член команды, внушал уверенность в успешности их миссии. Судя по всему, Ёрш чувствовал себя вполне комфортно внутри кабины "Атласа", где всё было под контролем — мощное оружие, броня и мощь машины были его лучшими союзниками.
Немного поодаль от остальных сидели два новичка: Николай Котов с позывным "Кот" и Наталья Ефремова, известная как "Лучик". Кот явно нервничал. Он был на базе всего неделю и еще не успел освоиться ни с командой, ни с оборудованием. Его пальцы беспокойно барабанили по ремню, глаза метались по салону.
Лучик, напротив, сидела с закрытыми глазами, погружённая в себя. Казалось, она полностью отключилась от происходящего вокруг, вероятно, медитируя или восстанавливая силы перед боем. Её винтовка и пистолет выглядели недостаточно внушительно на фоне тяжёлого арсенала, которым была вооружена остальная команда. Аня чувствовала лёгкую тревогу за неё: "Лучик — псионик, и хоть она крута в этом, мыслью пулю не остановишь", — мелькнула мысль у Ани.