Хоть он мне и не друг, — упрямо помотал головой Ифит, — не надо так отзываться о Геракле, отец. Он просто не мог сделать такого!
Но у меня есть свидетель! — взвизгнул царь.
Не знаю, отец, — сказал Ифит, поморщившись, — стоит ли ему верить. Геракл слишком благороден. У меня просто в голове не укладывается, как можно даже подумать о причастности Геракла к этому делу?
Но у меня есть свидетель! — повторил Эврит.
Значит, кто-то принял облик Геракла, — ответил царевич. — Или же кто-то решил его подставить, ведь всем известна ваша с ним неприязнь.
А какие же могут быть добрые отношения у меня с этим прохвостом!
Но, отец… — Ифит замялся. — Я бы сказал, что это ты повел себя в отношении Геракла… ну, скажем так, непорядочно…
Замолчи! — вскочил с постели царь и притопнул ногой. — Всему есть свои пределы! Я не потерплю, чтобы мой сын говорил мне такие вещи!
Об этом говорит весь дворец, — возразил Ифит. — Да что там дворец? Весь город, и, я уверен, вся Греция знает о твоем умении держать слово!
Это не с твоих ли слов? — закричал Эврит. — Не ты ли приложил руку, чтобы опозорить собственного отца?
Перестань, отец, ты сам виноват, — сказал юноша. — Геракл пришел сюда как честный человек…
Мерзавец он, твой Геракл!
Я докажу тебе отец, что ты ошибаешься! — с горечью в голосе произнес Ифит. — И я берусь найти эти пропавшие стада.
Ну-ну, а я посмотрю, как это у тебя получится! — ехидно проговорил царь. — Не забывай, мои люди обшарили весь остров…
Я пойду к самому Гераклу, и найду свидетелей того, чем он занимался в то время, когда у тебя украли скот! — сказал юноша и пошел к двери. — Я отправляюсь в дорогу сейчас же!
Что же, счастливого пути! — едко проговорил старик. — Только смотри, не пожалей, что покинул этот дом.
Не беспокойся, не пожалею! — уверенно воскликнул юноша.
Геракл просит руки Деяниры
Геракл и Иолай ничего не знали о случившемся. Они спокойно шли по дороге и обсуждали текущие дела.
Однако, царь Эврит оказался настоящим подонком, — произнес Иолай.
Будет тебе! — бросил Геракл. — Сколько можно переживать то, что осталось позади.
Да, ты прав, друг, — ответил Иолай.
Некоторое время они молча месили пыль сандалиями
Однако, как бы там ни было, — сказал Геракл и посмотрел на приятеля, — теперь и ты можешь вздохнуть спокойно, ведь ты до конца разделался со всеми своими невестами!
Иолай улыбнулся.
И очень хорошо, что разделался, — продолжал Геракл. — А что было бы, если бы ты взял в жены Иолу? Тебе пришлось бы терпеть капризного Эврита каждый день!
Хвала Зевсу и мойрам, богиням судьбы! — от метил Иолай. — А куда же мы сейчас направляем свои стопы?
Как куда? — сказал Геракл. — Мы идем в Это- лию, в славный город Калидон! Или ты забыл, что мне надо было туда?
Ах, да! — воскликнул Иолай. — Мы посетим царя Ойнея!
Его дочь Деянира, пусть и не такая красавица, как эта взбалмошная Иола, однако, у нее гораздо лучший характер! — уверенно произнес Геракл. — И потом, мне гораздо приятней думать, что моим родственником станет уравновешенный и благородный Ойней, а не жадина Эврит.
Спутник Геракла промолчал.
Пусть провалится в тартарары эта Иола вместе со своей красотой! — зло воскликнул Геракл.
Иолай проницательно глянул на друга.
Твой тон выдает тебя, — сказал юноша. — Мне кажется, твое сердце не до конца освободилось от чар царевны Иолы!
Да, — вздохнул герой. — Боюсь, ты прав Однако это не чары Иолы, а стрелы Эрота. Мальчуган — большой шалун, однако, не буду я Гераклом, если не одолею его озорства!
К тому же, ты рассказывал, что обещал Мелеагру взять в жены его сестру Деяниру! — напомнил Иолай.
При этих словах друга силач помрачнел.
Я не рассказывал тебе, о Иолай, что мне говорил Прометей, — осторожно начал Геракл.
Прометей? — переспросил юноша. — Ему подвластен дар предвидения…
В этом-то все и дело! — вздохнул Геракл. — И я теперь гадаю, не ошибся ли он.
А что он тебе сказал?
Он говорил много грустных вещей, — сказал силач. — Например, что я встречу в Калидоне свою смерть…
Что? — не поверил своим ушам Иолай. — Но это же ужасно!
Вот и я надеюсь, что он ошибся, — ответил Геракл и посмотрел вперед.
А что еще он говорил? — не утерпел Иолай.
Слушай, может не будем сейчас это все дальше вспоминать? — спросил Геракл. — Не хочу повторять вслух ошибочные предсказания, не хочу призывать таким образом их к жизни.