В 1970-е годы немало довелось работать Ефремову с генерал-полковником, начальником Главного управления космических средств (ГУКОС) РВСН (1970–1979), одним из основателей ракетно-космических войск, А. Г. Карасём.
Андрей Григорьевич окончил Одесское артиллерийское училище, прошёл всю войну: начал войну лейтенантом, окончил — подполковником, командиром 40-го гвардейского миномётного полка, был награждён шестью боевыми орденами.
Окончив Военную академию имени Ф. Э. Дзержинского, служил на ракетном полигоне Капустин Яр, затем с 1956 года — начальником штаба на Байконуре.
В 1959 году был назначен начальником Центра по управлению работой и эксплуатацией измерительных средств космических объектов — с 1962 года Центр командно-измерительного комплекса (КИК). Инициатор создания автоматизированной системы управления КИКа. Благодаря его усилиям был создан сначала космический филиал НИИ-4, а затем на его базе — ЦНИИ космических сил. В 1965–1970 годах — начальник Центрального управления космических средств (ЦУКОС) РВСН. С 1970 года до последних дней жизни — первый начальник созданного на его базе ГУКОС РВСН. Внёс большой вклад в организацию военных космических сил РВСН СССР, в формирование частей космического назначения, в разработку и реализацию перспективных планов создания космического вооружения.
С генералом А. Г. Карасём Г. А. Ефремов не раз встречался при обсуждении деталей проектирования системы глобальной морской космической разведки и целеуказания (МКРЦ), систем УС-А и УС-П, системы противоспутниковой обороны ИС, системы раннего предупреждения о ракетном нападении (СПРН). Большинство встреч были плодотворны и привели к созданию названных систем и принятию их в эксплуатацию.
Нельзя не вспомнить генерал-полковника, а в 1992–1996 годах командующего Военно-космическими силами РФ, а когда-то начальника космодрома Плесецк Владимира Леонтьевича Иванова. В 1989–1992 годах он был начальником Управления космических средств Министерства обороны СССР.
Достаточно частые встречи с этим генералом были фактически платой за несогласованность работы с заказчиком. Ведь заказчиками многих космических разведывательных аппаратов были разведчики, которые появляться на переговорах не спешили. Их просьбы перекладывались на специалистов Генерального штаба, а те считали, что лучше, если их просьбы и требования озвучит сам командующий Военно-космическими силами.
Особые отношения сложились у специалистов ЦКБМ — НПО машиностроения с большинством адмиралов и офицеров, входивших в руководство флота. Ведь именно адмирал С. Г. Горшков, найдя в середине 1950-х годов В. Н. Челомея и министра П. В. Дементьева, предложил им работу по созданию и стратегических, и противокорабельных крылатых ракет. С. Г. Горшков был человеком внимательным, требовательным и строгим, но с ним никогда не возникало противоречий. Удивительно, но В. Н. Челомей и С. Г. Горшков были почти ровесниками в своей организационной деятельности: ОКБ-52 было образовано осенью 1955 года, а в январе 1956 года С. Г. Горшков был назначен главнокомандующим ВМФ — заместителем министра обороны СССР. Пробыв в этой должности до 9 декабря 1985 года (В. Н. Челомей умер 8 декабря 1984 года), когда Горшков был переведён в Группу генеральных инспекторов Министерства обороны СССР, он стал создателем океанского флота, подводных сил, проведения дальних боевых походов. Почти за 30 лет командования С. Г. Горшкова ВМФ СССР полностью преобразился и стал мощным океанским флотом. При нём флот стал атомным, носителем мощнейшего боевого оружия. Главным создателем этого оружия был В. Н. Челомей. Недаром Сергей Георгиевич называл Владимира Николаевича создателем нашего национального оружия — противокорабельных крылатых ракет ВМФ. При этом Сергей Георгиевич никогда не просил для флота сверхсредств: при нём так и не было построено ни одного настоящего сверхдорогого авианосца, хотя пять тяжёлых авианесущих крейсеров и было построено в 1970-е — начале 1980-х годов, причём один из них носил имя «Адмирал Горшков».