Отношение Д. Ф. Устинова к В. Н. Челомею и его фирме было весьма и весьма недоброжелательным. Г. А. Ефремов связывает это с предвзятым отношением маршала ко всему, что было связано с авиацией.
Это проявлялось и в его напряжённых отношениях с выдающимся министром авиационной промышленности П. В. Дементьевым, и с авиаконструкторами В. М. Мясищевым, П. О. Сухим, О. К. Антоновым, Г. В. Новожиловым и со многими другими крупными авиационными специалистами…
Для Д. Ф. Устинова, как и для многих высоких чиновников, подхалимство значило многое. Это не было, конечно, элементарное заискивание и подобострастное поддакивание: вошедшие в его доверие умные и неординарные люди вели себя гораздо более тонко, но В. Н. Челомей принципиально держался независимо.
Герберт Александрович считает, что «любимчиками» Д. Ф. Устинова были конструкторы В. П. Макеев и С. П. Непобедимый. В. П. Макеев, ставленник С. П. Королёва, всемерно поддержанный Д. Ф. Устиновым, стал главным конструктором одного из королёвских ОКБ, развёрнутого в Миассе, ныне широко известного благодаря созданию нескольких типов морских стратегических ракет, размещаемых на подводных лодках.
С. П. Непобедимый известен как создатель новых типов ракетных комплексов, в том числе тактических, противотанковых и зенитно-ракетных комплексов «Точка», «Штурм», ПЗРК «Стрела». Созданный под руководством С. П. Непобедимого тактический ракетный комплекс «Ока», формально не подпадавший под действие договора о сокращении ракет средней и меньшей дальности, был пожертвован М. С. Горбачёвым в пользу создаваемого им собственного миролюбивого образа. Возмущённый этим решением, С. П. Непобедимый пытался бороться, но в конце концов подал в отставку с поста генерального конструктора КБМ и перешёл на работу в ЦНИИ автоматики и гидравлики в Москве.
Предвзятое отношение Д. Ф Устинова к В. Н. Челомею, выражавшееся в беспрестанных нападках на его проекты в области крылатых и баллистических ракет, опосредованной, а порой и прямой поддержке В. Н. Бугайского, недопущении системы УР-700 — ЛК-700 к лунной программе, требовании разработать морской старт для ракет «Гранит», передаче уже сделанных в металле корпусов «Алмазов» в ОКБ С. П. Королёва, в выговорах и других несправедливых решениях, дорого стоили конструктору.
Нельзя не упомянуть достаточно частого общения B. Н. Челомея и Г. А. Ефремова с различными министрами: авиационной промышленности П. В. Дементьевым и со сменившим его В. А. Казаковым, общего машиностроения C. А. Афанасьевым и пришедшим ему на смену О. Д. Баклановым, министрами судостроительной промышленности Б. Е. Бутомой, М. В. Егоровым, И. С. Белоусовым, с министрами радиопромышленности СССР В. Д. Калмыковым и П. С. Плешаковым; с министром среднего машиностроения СССР, трижды Героем Социалистического Труда, кавалером десяти орденов Ленина, легендарным атомщиком Е. П. Славским, к которому они оба несколько раз ездили по вопросам размещения в боеголовках ядерных зарядов.
Вспоминая министров, Г. А. Ефремов самые добрые слова говорит о Сергее Александровиче Афанасьеве, с которым ему приходилось общаться больше, чем с другими, подчёркивая, что это был величайший министр, с честью сумевший решить порученное ему труднейшее дело — создание ракетно-ядерного щита Родины. Он сумел тщательно собрать и в чём-то даже объединить ракетчиков страны. Никто из них не остался без дела и сумел внести свой уникальный вклад в повышение обороноспособности своей страны.
Свою «империю» он сумел построить основательно и ровно, найдя себе и хороших заместителей, и завязав необходимые, в целом положительные отношения со многими и многими самыми разными заказчиками.
Это был предельно честный, не продажный человек, уклонявшийся от участия в различных группировках, пытавшихся любой ценой решить свои задачи, не участвовавший в сомнительных кампаниях и интригах.
Исключительное впечатление осталось также от министра авиационной промышленности Петра Васильевича Дементьева, хотя с ним, из-за большой разницы в возрасте, общаться пришлось гораздо меньше. Это был исключительно высокообразованный (благодаря самому себе), очень толковый, одарённый от природы инженер и производственник, прошедший все практические стадии создания самолётов нескольких поколений.
Ещё до войны он стал директором авиационного завода, позднее некоторое время даже был заместителем наркома вооружений Д. Ф. Устинова, но в его окружение так и не вошёл. Роль П. В. Дементьева в развитии советской авиации, в создании несравненных образцов авиационной техники исключительно высока.