В Военмехе читалось 27 дисциплин. Две из них, основы марксизма-ленинизма и политэкономия, обязательные и скучные, как везде. Остальные чаще были интересны и нередко читались выдающимися специалистами, колоритными и блестящими фигурами, совершенно в питерском духе.
Среди них запомнился профессор Кирилл Фёдорович Огородников, сын царского генерал-майора Фёдора Евлампиевича Огородникова, читавший математику. В довоенные годы К. Ф. Огородников был чемпионом профсоюзов по боксу в тяжёлом весе. Окончив Московский университет, он работал в Государственном астрофизическом институте (с 1931 года — профессор), затем в 1934–1938 годах был сотрудником Пулковской обсерватории. С 1939 года работал в Ленинградском университете (в 1941–1950 годах — директор обсерватории университета). В 1941–1942 годах — участник Народного ополчения. Он был автором нескольких монографий: «Основы динамики вращающихся звёздных систем» (1948), «Динамика звёздных систем» (1958), работ по истории астрономии и популярных книг («На чём Земля держится», «Сколько звёзд на небе»). С момента создания журнала «Астрономия» в 1953 году был его главным редактором. Заслуженный деятель науки РСФСР (1968).
Физику читал Владимир Иванович Павлов (1884–1954) — профессор, сын академика и Нобелевского лауреата И. П. Павлова. Он приходил на лекции в нитяных штанах навыпуск с гетрами, с тростью красного дерева с серебряным набалдашником в виде мордочки лисицы. Студенты считали, что он умел донести до них все тонкости столь сложной науки, как физика, что бывает далеко не часто. Его высоко ценили коллеги. В частности, блестящую оценку его работам дал П. Л. Капица в письме своему тестю академику А. Н. Крылову.
Динамику полёта читал признанный специалист профессор Исаак Павлович Гинзбург (1910–1979). Широко известны его многочисленные работы по турбулентному пограничному слою при наличии диффузии и диссоциации, тепловой радиации, магнитных и электрических полей. Выдающийся организатор науки; создатель научной школы в области прикладной газовой динамики (внутренние течения в камерах, каналах; сверхзвуковых струях). Среди его учеников — член-корреспондент АН СССР Виктор Георгиевич Дулов, 34 доктора и 123 кандидата наук (с 1957 года)!
Внешнюю и внутреннюю баллистику читал профессор Борис Николаевич Окунев (1897–1961). Его дедом по линии отца был Василий Яковлевич Окунев (1833–1892) — протоиерей церкви Петра и Павла в Любани.
Окончив Петроградский университет, Борис Николаевич работал на полигоне до получения в 1926 году тяжёлой контузии на опытных стрельбах, а затем в Комиссии особых артиллерийских опытов (КОСАРТОП) до её расформирования в 1927 году. Эти работы сделали капитана 2-го ранга Б. Н. Окунева наиболее сведущим и разносторонним баллистиком страны. Как знающий преподаватель он был очень востребован для своего времени и преподавал сразу в нескольких ведущих высших учебных заведениях: Артиллерийской академии, Военно-морской академии, Ленинградском военмехе, Политехническом институте, Ленинградском и Московском государственных университетах, МВТУ имени Н. Э. Баумана.
Как запомнил Г. А. Ефремов, у Бориса Николаевича была окладистая чёрная раздвоенная борода. На лекции он приходил в сюртуке и в обязательном жилете, непременно яркого неофициального цвета. На доске он писал мелко, но красиво, всегда пропорционально использовал доску, оставляя на ней место для чертежей, схем и выделенных формулировок, которые надо было запомнить. Профессора Окунева уважительно звали в Военмехе отцом-основателем.
Однажды на одном из экзаменов Б. Н. Окунев выставил несчастным студентам одной из групп 19 двоек.
Гонцы всполошившейся общественности и деканата предстали пред его ясными очами:
— Борис Николаевич, приглашаем вас на заседание партбюро факультета.
Ответ отца-основателя гласил:
— Не могу, мои юные друзья. Сегодня я пою в церкви.
Б. Н. Окунев был не только известным специалистом в области баллистики, но и коллекционером классической русской живописи. В его собрании были подлинники Серова, Нестерова. Поленова, Кустодиева, Репина, Врубеля, Лансере и других художников. Он завещал свою коллекцию (около 300 произведений!) Государственному Русскому музею. После его смерти дочь, Кира Борисовна, тоже преподававшая в Военмехе на кафедре математики, передала собрание в музей. Вся коллекция, как писала «Ленинградская правда», была оценена сотрудниками музея в 1,5 миллиона долларов и принята на хранение в декабре 1983 года.