У Владимира Николаевича Челомея с Николаем Леонидовичем Духовым (1904–1964) сложились как минимум товарищеские отношения. Н. Л. Духов был одним из шестнадцати трижды Героев Социалистического Труда в советской истории, отнюдь не затерявшимся даже на фоне таких легендарных фигур, как И. В. Курчатов, Ю. Б. Харитон, А. Н. Туполев. Это был выдающийся творец советской оборонной мощи, много сделавший для её укрепления сразу на двух, совершенно различных, не пересекавшихся направлениях. Его мягкие сдержанные манеры подкупали порой недостаточно сдержанного Челомея, заставляли вновь и вновь задумываться о манере собственного поведения. Первоначально они сошлись по служебной необходимости — для крылатых ракет требовались новые боеголовки, но вскоре служебные отношения были дополнены взаимной личной симпатией, неизмеримо возросшей, когда выяснилось, что оба они детские годы провели на Полтавщине. Позднее, к удивлению друг друга, конструкторы узнали, что оба они являются глубокими ценителями фортепианной музыки, пианистами-любителями.
В 1946 году Н. Л. Духов прямым указанием И. В. Сталина был привлечён к работам по созданию атомной бомбы и назначен начальником специального конструкторского сектора КБ-11 Приволжской конторы «Главгорстроя» Министерства среднего машиностроения СССР, руководимого Ю. Б. Харитоном, а в 1948 году — заместителем главного конструктора КБ-11. В КБ-11 он руководил разработками конструкций как первого отечественного плутониевого заряда, так и атомной бомбы. С июля 1954 года Н. Л. Духов был заместителем научного руководителя КБ-11. С 1956 года — директором, главным конструктором и научным руководителем филиала № 1 КБ-11, на базе которого вскоре было создано КБ-25 (в настоящее время — Всероссийский научно-исследовательский институт автоматики имени Н. Л. Духова (ВНИИА) Министерства среднего машиностроения СССР).
За десять лет под его руководством помимо других автоматических устройств было разработано первое поколение ядерных боеприпасов для семнадцати различных типов носителей, в том числе для баллистической ракеты Р-7, торпеды Т-5, первых крылатых ракет для ВВС, ВМФ, ПВО. Для этих ядерных боеприпасов была разработана целая гамма электромеханических приборов. Для контроля ядерных боеприпасов и блоков автоматики были созданы первые поколения контрольно-измерительной аппаратуры: осциллографическая, малогабаритная безосциллогра-фическая и автоматизированная с цифровой регистрацией. Н. Л. Духов является одним из основателей советской конструкторской школы ядерных боеприпасов.
В этой главе мы уже называли П-5 «стратегической» ракетой, и всё же повторю: её вообще можно назвать первой отечественной условно стратегической крылатой ракетой.
Действительно, к моменту принятия П-5 на вооружение стратегических бомбардировщиков Т-95 было построено только около 50 единиц, что при наличии у противника мощной истребительной авиации делало выполнение ими задачи маловероятным. Первые ракеты С. П. Королёва имели недостаточную дальность, а его знаменитая «семёрка» ещё только проходила испытания. То есть ракета П-5, запущенная с подводных лодок проектов 644, 665 и 659, находящихся в 300–500 километрах от побережья США в Атлантическом и Тихом океанах, в 1960 году оставалась единственным средством, способным достичь территории потенциального противника. Сложившаяся ситуация была очевидна и военным, и политическому руководству страны. Это значительно повышало авторитет В. Н. Челомея.
Ракетный комплекс с крылатой ракетой П-5 был принят на вооружение 19 июня 1959 года.
А 25 июня 1959 года, через пять дней после принятия системы на вооружение, ОКБ-52 было награждено орденом Ленина, а 505 его работников — орденами и медалями. Указом от того же числа генеральному конструктору ОКБ-52 В. Н. Челомею было присвоено звание Героя Социалистического Труда.