Амелия предпочла не напоминать сестре о том, что у нее в шкафу висит уже несколько новых платьев, которые та еще ни разу не надевала. По крайней мере два из них вполне подошли бы для этого вечера. И тем не менее она вынуждена была признать, что и сама обрадовалась обновкам. Внимательно рассмотрев платья, доставленные от модистки, Амелия остановила выбор на изумительном туалете из золотистого шелкового газа. Платье состояло из нескольких искусно сшитых невесомых юбок; девушка словно плыла в волнах шелка. Корсет с более глубоким, чем она ожидала, вырезом был расшит блестящим бисером, а широкая атласная лента под грудью завязывалась сзади в красивый бант.
Когда они подъехали к воротам, Амелия почувствовала, как внутри у нее все напряглось от волнения, потому что хоть девушка и решила не думать о том, чтобы добиться симпатии Ковентри (которого она уже разлюбила), она все же надеялась сегодня вечером хоть немного вскружить ему голову. Чтобы у него возникло естественное желание любоваться ею как женщиной, смотреть на нее восхищенным мужским взглядом и… Проще говоря, Амелия хотела, чтобы он нашел ее привлекательной. А что в этом удивительного?
Леди Эверли представила сестер герцога Хантли хозяину и хозяйке дома, графу и графине Элмвуд. Амелия смогла сделать вполне удовлетворительный реверанс, прежде чем отправилась дальше, туда, где ослепительный свет трех хрустальных люстр отражался в бесчисленных драгоценных камнях.
Шествуя в сопровождении наставниц, Амелия обменялась парой вежливых фраз с теми, кого ей представляли. Она достала из ридикюля бальную карту, и вскоре там значились имена троих кавалеров, которые желали с ней потанцевать. Амелия вспомнила, что две фамилии видела в списке, который составила леди Эверли, но третьей припомнить не смогла, хоть и была уверена, что этот джентльмен – барон. Его титул затерялся среди комплиментов, которые он ей расточал.
– Дамы…
Внимание Амелии привлек глубокий голос подошедшего сзади Ковентри.
Ее сердце так часто забилось в груди, что девушка стала опасаться за свой корсет. Она глубоко вздохнула и медленно повернулась к мужчине, склонившемуся в элегантном поклоне. Их глаза встретились, и на секунду Ковентри застыл как вкопанный. Прищурившись, он выпрямился в полный рост и перевел взгляд с Амелии на Джульетту и леди Эверли, а потом вновь на Амелию.
– Вы здесь красивее всех, исключая, разумеется, мою матушку.
Стоящая справа от него герцогиня засмеялась, наклонилась к леди Эверли и что-то прошептала ей на ухо. Графиня кивнула и так же полушепотом что-то ей ответила. Ковентри повернулся к Джульетте:
– Тешу себя надеждой ангажировать вас, если у вас еще есть свободный танец в бальной карте.
Джульетта усмехнулась:
– Есть. Я с радостью потанцую с вами этим вечером, ваша светлость. – Она протянула ему свою карту, и Амелия стала смотреть, как он вписывает туда свое имя.
Герцог повернулся к ней и на долю секунды – этого оказалось достаточно, чтобы ее охватил жар под пристальным мужским взглядом, – посмотрел на ее глубокое декольте.
– А вы, миледи? – поинтересовался Томас, вновь встречаясь взглядом с Амелией. – Окажете мне честь, согласившись со мной потанцевать?
Во рту у девушки пересохло, и она не смогла произнести ни слова, поэтому просто кивнула и протянула герцогу свою карту. Он так долго ее изучал, что Амелия заволновалась. Ковентри нахмурился. Подняв голову, он оценивающе взглянул на нее, еще раз изучил карту и начал вписывать туда свое имя.
Амелия почти выхватила карточку у него из пальцев, когда он наконец-то ее вернул, пробежала список глазами и наконец обнаружила имя герцога.
– Вальс? – Девушка резко вздернула подбородок и удивленно посмотрела на Ковентри.
– Поскольку ваш брат просил меня обеспечить вашу безопасность, я решил, что не должен давать возможность другим джентльменам ангажировать вас на этот танец.
– Но… – Амелия посмотрела на сестру, которая переводила взгляд с нее на Ковентри и обратно. – А как же Джульетта?
Губы герцога растянулись в широкой улыбке.
– Я уверен, что лорд Йейтс с радостью пригласит ее на вальс. И все у них будет прекрасно.
– Но…
Он отступил назад и поклонился.
– А теперь прошу меня извинить – неотложные дела. Матушка! – обратился Ковентри к вдовствующей герцогине. – Надеюсь, ближайший час вы с леди Эверли будете тщательно присматривать за леди Амелией и леди Джульеттой?
– Ну разумеется.
Неожиданно обе матроны увели Амелию и Джульетту прочь от Ковентри; герцогиня вытянула шею, ища кого-то взглядом.