– Не берите в голову! – улыбнулась леди Амелия, несмотря на боль, плескавшуюся у нее в глазах. – Наверное, нам следует вернуться в дом и насладиться вечером?
– Есть еще кое-что. – Он просто обязан был все исправить. Поэтому, несмотря на то, что идея была ужасной и ранее он собирался посоветовать леди Амелии провести какое-нибудь благотворительное мероприятие, для того чтобы решить свои финансовые проблемы, неожиданно для себя Ковентри произнес: – Я не могу одолжить вам необходимую сумму, чтобы вы расплатились с мистером Горреллом, но хочу сделать денежное пожертвование.
На секунду ее лицо застыло, а затем на нем отразилось ликование.
– Правда?
Назад дороги не было, и герцог кивнул:
– Но есть несколько условий.
Вероятно, сейчас он делал самое щедрое предложение в своей жизни, но ему нужно убедиться в том, что леди Амелия вложит в проект все деньги.
– Только назовите. Согласна на любые.
Томас тут же подумал о том, что хотел бы получить от нее взамен, но идти по этой дорожке было бы глупо и опасно, поэтому он прикусил язык и сосредоточился на практической стороне вопроса.
– Во-первых, я ожидаю, что вы предоставите мне жизнеспособный план, чтобы я мог оценить ваше понимание расходов на это предприятие.
Амелия открыла рот, чтобы ответить, но Ковентри поднял руку, останавливая ее.
– Во-вторых, вы должны рассказать моей матушке и леди Эверли о своей затее и заручиться их одобрением.
Амелия смотрела на герцога. Ее ноги дрожали, по телу пробегали судороги. Его замечание о ее платье расстроило девушку сильнее, чем она ожидала. Но хуже всего, что он заметил, как огорчила ее его критика. Он посмотрел на нее так, что она предпочла бы забыть об этом как можно скорее, – с жалостью. Но едва Амелия пожалела о том, что находится так близко к Ковентри, как он удивил ее своим невероятным предложением.
– Я понимаю, – произнесла Амелия. Будет непросто признаться во всем вдовствующей герцогине и леди Эверли. Честно говоря, она уже боялась этого, но была готова выполнить требование герцога, чтобы достичь своей цели. – Почему бы вам не заехать к нам завтра днем? Я подготовлю подробный план и расчеты, а заодно расскажу обо всем вашей матушке и леди Эверли.
– Вряд ли вы сможете так быстро подготовить план. – Ковентри внимательно посмотрел ей в глаза. – На это нужно несколько недель, даже месяцев.
– У меня нет столько времени. – Амелия поняла, что ей брошен вызов, но герцог ее недооценивает, если полагает, что она не произвела расчетов, прежде чем обратиться к мистеру Горреллу. – Поверьте мне, ваша светлость, план будет готов завтра после обеда.
Томас все еще испытывал сомнения, но, по крайней мере, спорить не стал. К счастью, его лицо приобрело обычное выражение, при виде которого Амелия испытала несказанное облегчение. Откровенно говоря, она не знала, как относиться к его реакции. Казалось, что глаза Ковентри остекленели, когда он упомянул о ее платье. Девушка ожидала, что он схватит ее, как тогда в доме, и станет отчитывать за то, что она отважилась надеть модный французский туалет.
Похоже, ему не нравились слишком откровенные декольте – факт, который пошатнул ее уверенность в себе, и Амелия перестала чувствовать себя утонченной красавицей. Замечание герцога заставило ее осознать всю глупость своих надежд на то, что какое-то платье может изменить ее. Нет, она не ожидала, что он упадет у ее ног в восхищении, но было бы приятно вызвать у него интерес.
– Что касается моего замечания о вашем убранстве, – произнес Ковентри, будто прочитав ее мысли, – я очень сожалею, что мои слова вас обидели. Но, будучи вашим другом, я счел своим долгом быть честным с вами.
– Я понимаю. Что же касается дома… – Амелия просто хотела сменить тему разговора.
– Однако я вел себя недостойно. Я не был с вами честен до конца.
Изумленная Амелия смотрела на герцога, наблюдая за тем, как тень ложится на его лицо, делая черты угловатыми.
– Что вы хотите сказать?
Ковентри так долго и пристально смотрел ей в глаза, что у нее начали подкашиваться ноги.
– Вы просто великолепны, – наконец прошептал он, так тихо, что она едва расслышала его слова. – Я знаю, вам, наверное, показалось, что я имел в виду совершенно иное. Прошу прощения. Просто… – Его ноздри затрепетали. – Мужчины по своей сути примитивные создания, и не потому, что хотят этого, а потому что такова их природа. Здесь, в обществе, их учат управлять своими инстинктами. И многим это удается. Но это не означает, что вам не нужно соблюдать осторожность.