Тот с радостью передал им заказ, а вместе с ним приборы и небольшую стопку салфеток сверху. Они отошли за столик и тут же принялись за дегустацию.
– Ну, как тебе? – с любопытством глядя на герцога, спросила Селена.
– Невероятно вкушно, – прямо с набитым ртом ответил тот, блаженно прикрыв глаза.
С точки зрения этикета они с Селеной творили невообразимые вещи. Она накалывала большой ролл на палочку и тут же отправляла ему в рот, после чего проделывала это для себя. Будь здесь его матушка, и он непременно выслушал бы тонну нотаций о столь вопиющем поведении за столом. Но здесь ужасные манеры не вызывали у окружающих осуждения. Им вообще было все равно на их парочку, и это безумно нравилось Фредерику. Столь свободным он себя никогда не чувствовал.
Далее Селена предложила продегустировать жареные ножки осьминога в кляре и запеченные мидии. И каждый раз он думал, что уже не отведает ничего вкуснее, как тут же признавал свое поражение. Все, что ему удалось попробовать, вызывало дикий восторг.
Солнце медленно клонилось к закату. Селена и Фредерик сидели на деревянном кубе-скамье лицом к морю и ели какую-то удивительную штуку из мяса и овощей в горячей пите, когда рядом возник парень в темной одежде. Селена повернула голову и дернулась:
– Патрик?
– Привет. Ты не отвечала на звонки, и я решил найти тебя.
– Если я игнорирую твои звонки, это означает лишь одно — я не хочу с тобой разговаривать! И вообще, что ты здесь делаешь? Ты что, следил за мной?
Но Патрик пропустил вопрос мимо ушей. Он взглянул на Фредерика, а затем нахмурился:
– Селена, ты что, действительно встречаешься с этим изменщиком?
– Это не твое дело, Патрик! – нахмурилась она. – Какого черта здесь происходит? Ты должен был уехать в Мерн вместе с моей матерью!
– Я решил ненадолго остаться.
– А как же твоя чудесная работа на фабрике?
– Я взял небольшой отпуск.
Фредерик уложил остатки лепешки на бумажный пакет, утер пальцы платком и поднялся:
– Полагаю, прошлого разговора вам было недостаточно? Я ведь просил оставить Селену в покое.
Патрик испуганно выставил руки вперед, преграждая ему путь:
– Спокойно, мужик! Я не хочу драки. Знаю, что у меня нет шансов. Просто скажу то, что хотел, и уйду. Можешь не переживать, завтра я уезжаю в Мерн.
Селена тоже отложила еду и приподняла бровь:
– Ну, говори.
– Думай обо мне что хочешь, но я действительно переживаю о тебе! – проговорил Патрик. – Этот пижон наиграется с тобой и бросит к концу сезона. Уедет в свой город к невесте, а ты так и останешься ни с чем.
Фредерик хотел было возразить, но осекся. В чем-то этот парень с нелепой стрижкой был прав. Вскоре он действительно исчезнет, вернется в свое время, и Селена останется одна. И что в этот момент будет у нее на душе, известно лишь одному Всемогущему.
– Ты видел нас вместе лишь дважды, но уже сделал какие-то выводы. Тебе не кажется, что это слишком поспешно? – усмехнулась Селена.
– Можешь лгать мне сколько угодно, но себя все равно не обманешь! – продолжал стоять на своем Патрик.
– Что ж, хорошо. Спасибо за твое никому не нужное мнение, можешь теперь с чистой совестью возвращаться домой, – Селена вновь подхватила питу с овощами и кивнула Фредерику, предлагая продолжить трапезу.
– Ладно, вижу с тобой сейчас бесполезно разговаривать, – вздохнул Патрик, – счастливо оставаться. – Он развернулся и уже было хотел идти, но притормозил. – Позвони матери. Сьюзен там опять во что-то вляпалась.
– Как вляпалась, так и выберется, – произнесла Селена и отсалютовала лепешкой, – а если ты такой сердобольный, можешь помочь ей.
Патрик хмыкнул и, бросив на Фредерика взгляд, полный неприязни, зашагал по набережной. Герцог опустился на деревянный куб:
– Ты в порядке?
– Да, в полном. Надеюсь, на этот раз он действительно уедет! – покачала головой Селена.
– То, что он говорил…