– Там ничего нет кроме прилавков, сгруженных в углу. Такое ощущение, что это место давно покинули.
– Этого не может быть, – никак не могла поверить в происходящее Селена, – нам так нужны ответы, а он сбежал! Подлый старикашка!
Она подошла к одному из окон и вдруг заметила конверт, торчащий из-под карниза.
– А это еще что? – Селена осторожно вытянула его и покрутила в руках.
– Как ты его обнаружила? Я ведь только что смотрел здесь, но ничего не заметил, – удивился Фредерик.
– Здесь мое имя, – она указала на небольшую надпись, выведенную витиеватым почерком.
– Теперь понятно, – хмыкнул Фредерик, осмотрев конверт, – зачарованное послание предназначалось тебе, поэтому другие его найти не могли. Посмотри скорее, что там.
Селена вскрыла печать и вытянула небольшой желтоватый листок, сложенный пополам.
– «Дорогая, Селена, когда вы прочтете эти строки, меня уже здесь не будет. Простите, что не смог попрощаться лично. Но есть дела, которые мне еще нужно успеть закончить. Я знаю, о чем вы хотели меня спросить, поэтому сделаю небольшую подсказку. Ибо по правилам тот, кто завел часы, должен сам решить эту загадку.
Часы открывают коридоры времени, но истинное их предназначение в исполнении желания. Не того поверхностного, что вы загадали в надежде обрести вдохновение. А того, что скрыто глубоко в вашем сердце. Вы знаете, о чем я. И чтобы все разрешилось, кто-то из вас должен пожертвовать своей жизнью ради другого. Но торопитесь, вы должны успеть до того, как на крышке исчезнет последний рубин. Это все, что я могу вам сказать. Увы, время мое на исходе, а магия почти истончилась. Если вам станет от этого легче, вы будете последней владелицей моих часов, Селена. Надеюсь, у вас все получится. С уважением, ваш сэр Тиккард.»
– Тиккард? Это действительно был он? – изумленно приоткрыла рот Селена. – Кто он вообще такой?
– Кто-то, наделенный особым знанием и силой, что позволило ему создать столь удивительный артефакт, – задумчиво протянул Фредерик.
– И что теперь делать? Как понимать это: «кто-то из вас должен пожертвовать жизнью ради другого»? – нахмурилась Селена, тряхнув письмом. – Более доходчиво нельзя было написать? Ох уж эти двусмысленные формулировки!
Фредерик улыбнулся:
– Судя по тому, что написано, яснее выразиться он не мог. Кстати, о каком желании идет речь? Ты его помнишь?
– Помню, – смущенно буркнула Селена и отвела взгляд.
– Поделишься или это тайна? – герцог обнял ее сзади, положив подбородок на плечо.
– Какой стыд, – тихо проговорила она, прикрыв глаза ладонью, и выдохнула. – Ладно, так и быть. Когда-то я мечтала встретить кого-то вроде тебя. Такого же благородного, обходительного и утонченного.
– Вот как? – бархатисто рассмеялся Фредерик. – А я всегда мечтал о женщине, похожей характером на тебя.
Он поцеловал ее в шею, и Селена улыбнулась, накрыв его руки ладонями.
Внезапно налетевший порыв ветра вырвал из ее пальцев письмо и стремительно понес прочь. Селена дернулась, намереваясь бежать за ним, но герцог остановил ее:
– Ты его уже не догонишь. Давай лучше вернемся, пока дождь не начался.
Они подошли к машине, крышу которой присыпало облетевшей листвой, и Селена насмешливо выгнула бровь:
– Так кто же из нас будет жертвовать своей жизнью?
– Мы должны хорошо поразмыслить над этим, – томным голосом отозвался Фредерик, навалившись рукой на дверь. – И очень надеюсь, что для этого у нас будет вся ночь.
Селена демонстративно закатила глаза, будто скабрезные шуточки мужа ее утомили, но в следующий момент рассмеялась и села за руль.
Эту ночь они вновь провели в объятиях друг друга. А на рассвете, осыпав поцелуями ее лицо, Фредерик покинул Селену.
Часы Тиккарда, лежащие на письменном столе, на мгновение замерли, стрелки в них дернулись, пытаясь преодолеть невидимую преграду, и лишь спустя полминуты снова пошли. На корпусе осталось три рубина.
Глава 21
В особняке Эллингтонов царила настоящая суматоха. Слуги сновали туда-сюда, собирая и укладывая вещи в дорожные сундуки, горничные паковали наряды господ, экономка с дворецким переносили утварь и особо ценную мебель в подвал, чтобы спрятать это все под замком. Кухня раскладывала провизию по корзинам. И всем этим хаосом, словно заправский дирижер, руководил Фредерик.