— Лея, это я во всем виноват, — услышала успокаивающий голос. — Не стоило терять голову. Но нас тянет друг к другу, связь будет усиливаться. Не бойся этого, пожалуйста.
— Отпусти меня, — попросила я. И тут же отошла в сторону, когда ощутила твердый пол. — У меня такое иногда впечатление, что ты будто охотник, загоняешь меня в ловко расставленные силки. А я иду в них будто одурманенная тобой, не замечая уже ничего вокруг.
Тенебрей молчал за моей спиной.
— Я одурманен не меньше тебя, Лея, — наконец услышала я. — Но если ты теряешь голову, то я двигаюсь правильным путем.
Я повернулась и внимательно посмотрела в фиолетовые глаза.
— Я не верю тебе. Ты уже сегодня обманул меня.
— Не обманывал. Просто немного изменил клятву крови.
— И все же, — не согласилась я.
— Хорошо, — сдался он. — Я готов сейчас отступить, так как сам не сдержался и поторопился. И не стану целовать тебя больше, если ты сама не попросишь или не поцелуешь первой.
Что-то было в его словах… многообещающее и немного пугающее. Но меня полностью устраивало. Я согласно кивнула.
— Но это не распространяется на все остальное, — задорно дополнил он и снова подхватил меня на руки. Я не ожидала подобного и вскрикнула, цепляясь за его плечи. Тенебрей расхохотался.
Пройдя к дивану, Корин растянулся на нем, положив меня рядом с собой на свою грудь спиной, продолжая обнимать. И не позволил встать, когда я попыталась, притягивая обратно.
— Спокойно, Лея, — скомандовал он. — Мы будем читать.
Я застыла от удивления.
— Облокотись и расслабься, — прошептал он мне на ухо, щекоча дыханием. После этого мне была выдана книга о проклятиях. — Книгу я тебе верну только завтра вечером, так что советую воспользоваться моментом. Я не отпущу тебя.
Сидеть было немного неудобно, и я, поерзав, устроилась полу-боком, поджав ноги. Поначалу мне было странно и необычно. Но в какой-то момент я увлеклась, и забыла обо всем. Мне стало уютно и по-домашнему комфортно. Присутствие рядом капитана создавало ощущение какого-то настоящего семейного счастья и уюта. Когда шея затекла и заболела, я перевернулась набок, положив голову Тенебрею на грудь. Он не мешал мне, и кажется увлекся чтением сам.
Книгу я успела изучить бегло. Оглавления в ней не было, зато были весьма искусно выполненные иллюстрации. В них изображались ритуалы жертвоприношений и изъятия органов для наложения сильнейших проклятий, вселения духов в неживые тела, создание гомункулов и привязки лича. Из книги я поняла, что похожим ритуалом был привязан лич, напавший на меня к телу адептки. Заинтересовал меня и ритуал создания гомункула. Как считал автор книги, то это были идеальные бойцы: без страха, самовосстанавливающиеся и их можно было сделать такими большими, как пожелает создатель. У меня сразу же возник вопрос почему же тогда их не используют в армии? Этот вопрос я задала Тенебрею.
— Лея, гомункула и хозяина связывают магические потоки. Если маг сильный, то он сможет поддерживать жизнь в гомункуле, но если слабый, то сущность разрушится, снова превратившись в глину или камни. К тому же гомункул высасывает из мага жизненную силу, если маг критически ослабнет, или будет ранен, гомункул поглотит остатки жизненной силы, и маг умрет. Создавать его — риск для хозяина.
— А если для создания использовать заряженный кристалл?
Лица некроманта я не видела, но услышала его усмешку, после чего почувствовала поцелуй в затылок.
— Неугомонный ты генератор идей. Не могу тебе ответить. Я не видел гомункулов, только слышал о них.
— То есть их можно создавать?
— Не запрещено. Раньше их создавали и использовали на юге для помощи в хозяйстве и строительстве. Сейчас более популярно использовать зомби.
— Но ведь зомби тоже опасны, если потерять над ними контроль, — возразила я.
— Да, но для управления над ними, нужно не так много магического контроля, как для поддержания жизни в гомункуле.
Мысленно отметила для себя, что в свободное время, нужно подумать над этим. Я искала в книге упоминания о длительных проклятиях. Но ничего конкретно похожего на, что мне удалось обнаружить я не нашла. Постепенно немного разочарованная отсутствием нужной информации, я почувствовала, что мои глаза устали и буквы начали расплываться. В какой-то момент уставшая от событий такого утомительного и длинного дня я все же уснула.