— Нам нужно было появиться чуть позже, — ржал Сареаш. — «Тренировка» была бы в самом разгаре. Сутра видимо не наигрались.
— Главное в такой тренировке не накачать чего больше, чем руки, — вторил ему Тарин.
— Я не пойму вы завидуете или у вас своя личная жизнь скучная? — вздохнул Тенебрей уводя меня в сторону выхода.
Однако дорогу нам заступил Тарин.
— Погоди, Тенебрей. Устроим спарринг?
— Ты серьезно, Тарин? Тебе предстоящих игр мало? Встретимся на следующей неделе.
Клутвин смотрел серьезно и уже не веселился.
— Серьезно, — кивнул герцогский сынок. — Еще на неделе хотел попросить, но не было случая подходящего.
— А если я тебя задену, не будешь вопить, что я специально это сделал?
— Нет, я ректору говорил, спрашивал разрешения. Он сказал с тобой договариваться.
Корин искоса посмотрел на меня:
— Подождешь?
Я кивнула в ответ и отправилась к крайнему сидению трибун. Туда же устремились и парни из остальной команды Тарина.
— Эй, герцогиня, не страшно перед турниром? — подразнил меня эльф проходя мимо.
— Теперь страшно, — ответила я вздохнув. — Боюсь снова услышать ваши тупые шутки и умереть от тоски.
Уквеа улыбнулся мне кинув быстрый взгляд. А Аранэль схватив Киллирила за плечо, тихо что-то сказал ему резкое, после чего ехидная улыбка целителя погасла.
Тарин в это время скинул куртку, оставшись в тонком свитере. Светлый призвал меч совсем как лорд Сенье. Раньше я у него такого умения не видела. То же самое сделал Корин спокойно ожидая пока соперник приготовится.
Бой начался с того, что Клутвин ударил слепящей волной. На миг мы перестали видеть, что происходит на поле. А когда зрение вернулось, бой велся магией. Тарин атаковал одним светлым заклинанием за другим, меняя их очень быстро. Насколько я понимала, заклинания были высшего уровня, довольно энергозатратные от того и сильные. Корин весьма спокойно отбивал их удерживая щит Краата, который неплохо поглощал часть магии. Тарин же продолжал испытывать прочность некроманта. Когда Тенебрею это надоело он развеял защиту и не спеша двинулся вперед. Теперь заклинания он просто нейтрализовал или же просто уворачивался, если они были точечными. Было забавно. Тарин придумывал атаку, а Тенебрей находил заклинание чтоб его развеять. Напоминало игру в мышь и молоток, где нужно было угадать из какой норки покажется голова мышки, чтоб стукнуть молотком. Когда некромант подошел к светлому на расстояние в несколько шагов, гася уже все атаки, что он мог создать, на начальном этапе, Тарин понял, что пора переходить к ближнему бою. В ход пошли мечи.
Я помнила, как Тарин сражался с моим дядей и немного знала его технику. Но тогда ему помешала моя «вредилка». Сейчас техника Клутвина была более совершенной. Атаки стремительней, в них просматривались отработанные связки. Светлый хорошо сочетал их с точечными атакующими заклинаниями. Судя по всему, его уровень магии явно сильно возрос, по тем воспоминаниям, что у меня были.
Не смотря на все усилия Тарина Корин так и не перешел в наступление, он просто отбивался, легко и немного лениво. Понимая, что его усилий все равно недостаточно, чтоб одержать победу, Клутвин начал злиться и от него начал исходить голубоватый свет, совсем как от лорда Сенье на кладбище. В следующий момент он взлетел в воздух с помощью крыльев. Парни из его команды дружно и удивленно воскликнули, видимо для них это было сюрпризом. Клутвин приобрел вторую сущность и стал Светлым лордом. Тенебрей отреагировал на это весьма спокойно, продолжая отражать уже атаку не только меча, но и крыльев. Тарин предпринял попытку напасть на некроманта формируя световое лезвие, сверкнувшее дугой в пространстве. Остановил его Корин поймав голой рукой в полете. Он завершил бой схватив Тарина за крыло и швыряя на землю. Светлый упал лицом в пыль и его меч отлетел на приличное расстояние. Прижав тело светлого коленом, Тенебрей не дал ему вырваться. Меч некроманта упирался ему в спину.
— Дыши спокойней, Тарин, иначе не сдержишь силу, — посоветовал Тенебрей, продолжая удерживать противника. — А мне придется тебя убить.
Тарин предпринял попытку встать, но успокоился, как только понял, что это не получится и скривился от боли.
— Ты думал обретать силу это так приятно? Это еще и огромная ответственность, Клутвин. А еще постоянная боль, сводящая с ума. Превращайся обратно.