У меня тут "особого платья с хвостом" не предвидится. Облегчённый вариант "костюма степняка": кафтан с разрезом сзади, довольно короткая рубашка с косым воротом, шаровары, сапожки, шапка. Ростишка с любопытством рассматривает комплект одежды, облачается. Переход на мужской костюм для неё прошёл незаметно — слишком много в тот момент было других потрясений. В нормальных условиях… срам и позор. Ни одна нормальная русская женщина мужскую одежду не оденет — сгорит со стыда.
Напомню: одно из обоснований сатанизма Жанны Дарк — ношение ею мужской одежды. Это же — средство психологического давления. Ей то выдавали женскую одежду, то отбирали, оставляя только мужскую. Отчего главная героиня Франции плакала.
Коллегши! Если вы принародно "вскочили и поскакали", то клеймо "б…дь" появляется, по общему мнению, на вашем лбу незамедлительно. Вне зависимость от ваших добрых или недобрых дел. Дальше придётся долго и нудно доказывать, что "я не такая, я жду трамвая". Поскольку оппоненты сильны, изобретательны и многочисленны, то… они смогут доказать свою правоту.
— Вот тебе, Росток, лошадка. Игрушечная. Деревянная. Седло высокое немецкое. Десять раз влезть-слезть. А вот тебе конюх. Салманом звать.
Поворачиваюсь и ухожу. Но — недалеко. Я её — вижу, она меня — нет. Внешность Салмана… головка домиком, зубки заборчиком… видно, что девушка боится его страшно. Не удивительно: от его оскала матёрые мужики разбегаются. А он неотрывно смотрит на неё и начинает гадко улыбаться. Вчера пол-вечера тренировал, по моему приказу, мерзко-похотливую ухмылку перед зеркалом. Результат я принял только с третьей попытки. Дэв. Пылающий сладострастием… Б-р-р… В кошмаре приснится — уписаешься.
Юная княгиня решительно подходит к деревянному конику. И в недоумении замирает: это не пони, не тарпан, это скорее, аналог чего-то типа шайра или ардена. Першеронов ещё в природе нет. Но и эти — метр шестьдесят в холке. А у неё — "полтора метра с кепкой". Всего. Стремена высоко подвязаны: по её росту, когда она будет сидеть в седле. Есть способы влезть. Надо знать "как". А она просто пытается задрать повыше ногу, вставить в стремя, уцепиться, не видя, за высокие луки седла.
— Э… Позволит ли юная госпожа помочь?
Салман уже стоит рядом, вполне сдержано предлагает помощь. А иначе — никак! Не влезть. Она скупо кивает, снова поворачивает лицо к седлу.
Сзади, сквозь щель в двери, через которую я подсматриваю, хорошо видно движение Салмана: его левая ложиться на плечо наездницы, а правая… проскакивает под ягодицу задранной, вставленной в стремя ноги. Промежность "юной госпожи" оказывается в ладони здоровенного "конюха-урода". Который начинает размеренно сжимать руку. Инстинктивный девушки рывок вверх, блокируется. Чуть сместившись, он прижимает её всем телом к боку "лошадиного тренажёра".
Здесь — не "дедушка Крылов". Не попадью, не клопа. Но давит хорошо. Ладонь большая, массирует у юной госпожи всё, от лобка до копчика.
Маленький дворик, где происходит это занятие, залит солнцем, слышны голоса людей из-за забора, где-то гремит по мостовой телега, птички щебечут, собаки загавкали, женщины смеются… А здесь солнце, тишина, две неподвижные молчаливые, как эта деревянная лошадь, человеческих фигуры. Чуть заметное ритмичное движение рукава чекменя Салмана: бицепс напрягся, бицепс расслабился. Намертво вцепившиеся в луки седла, поднятые на коня её кисти. И — тишина.
Всё, факеншит уелбантуренный! Больше я этого видеть не могу!
Подхожу к скульптурной фигуре. Салман, с остановившимся взглядом, устремлённым на крашеную вороную гриву деревянного коника, медитирует. А Ростислава… Прижатая щекой к попоне, она плачет с закрытыми глазами.
— Великолепно. Каждый конюх волен запустить свои лапы тебе между ляжек. Ты всем собираешься дать пощупать? Балдеешь и наслаждаешься? Курвина дочь — курва? Отпусти её. (Последнее — Салману).
Салман отпустил, отодвинулся. А она как стояла, так и стоит. С задранной и подвёрнутой в стремени ногой. И плачет. В эту дурацкую попону.
— Джигитка сопливая. Смотри в чём ты ошиблась.
И подробненько. Как надо подходить к коню, как надо становиться, что говорить слуге, как это по-немецки. Что должен делать "правильный" конюх и как поправить "неправильного".
— Ладно. Представь, что ты всё-таки попала. Вот в такую ситуацию. Что ты можешь сделать?
И пошли основы. От самого элементарного — пяткой по стопе топнуть…