— Ах! Вы не были на обедне! Ах! У вас в трапезной нет образа преподобного Ефросина!
Кстати, правильно. Икону заказать и повесить. Не в трапезной — в поварне, для поваров — он их покровитель.
У кухарей своя молитва:
"Господи, благослови приготовить пищу сию во славу Твою по молитвам Евфросина повара".
В IX в. в одном из общежительных монастырей Египта жил монах Евфросин.
Монастырь, в котором этот святой подвизался, насчитывал в ту пору четыреста монахов. Пищу для братии готовил Евфросин. Он нес послушание повара в великом смирении и терпении.
Камбуз на четыреста мисок представили? Без горячей воды и электропечей. Тут уж без смирения и терпения…
На смирение Евфросина обратил внимание игумен монастыря. Он предположил, что грязный, чумазый Евфросин, от которого никто никогда не слышал ни одного слова, имел дар от Бога. Вот только какой?
Мне нравится подход настоятеля. В каждом человеке есть дар Божий. Какой-то. Если бы ещё и знать — который…
Игумен помолился Богу и вечером имел видение. Словно он находится в раю, видит яблоню и протягивает руку, чтобы сорвать яблочко. Однако, как только он протягивает руку к яблоне, дерево поднимает ветви. Это повторялось несколько раз: протянет игумен руку, а яблоня поднимет ветви, отведет руку — опустит ветви.
За что ж ГБ так бедного игумена наказал? Неужели за человечинку для гостей? — Прямая калька с танталовых мук:
"Тантал был обречен вечно испытывать муки голода и жажды. При этом он стоял по горло в воде, а над ним висели ветви с разнообразными плодами. Но только он наклонится к воде, чтобы напиться, как она отступает, только протянет руки к ветвям — они поднимаются вверх".
Тут откуда ни возьмись появляется Евфросин и спрашивает: "Игумен святой, что ты здесь делаешь?". А игумен отвечает: "Не видишь, что ли? В очереди за пивом стою".
Увы, в раю, даже и во сне, анекдоты позднего совейского периода произнесены быть не могут. Поэтому из настоятеля вылетело несколько иное: "Пытаюсь, брат Евфросин, яблочко сорвать, но яблоня мне не дает". Тогда Евфросин протянул руку и сорвал для игумена три яблочка. В этот миг игумен очнулся и с удивлением обнаружил, что держит в руках яблочки, которые получил в видении от Евфросина.
Где будут держать грязного, чумазого повара? — Только в египетском монастыре да в райском саду.
За грязь на кухне я взыскиваю… Вру. Домна сама взыскивает. Так, что на весь двор визг стоит. Никогда не видал Домну грязной и чумазой. Она, правда, и райских яблочек не приносит, но зато такие котлеты делает…!
— Цыба, денька через три пойдёте к Домне в помощницы.
— Господин желает пару пригожих кухарок?
Вот что большое зеркало делает с красивой женщиной! Даже сарказм появился.
— Всегда. Но вы начнёте с посудомоек.
— И что ж, тебе и ручек наших белых не жалко?
"Белоручка" — обидно веками позже, пока — признак красоты. Хоть у меня стоят посудомоечные и стиральные машины, но всё равно — работа тяжелая, грязная, с кипятком, сажей, щёлочью. Как изнурительно выглядит повседневная готовка уже в 20 в. — см. "Мать" Горького. И ощущение удивительной, пугающей, неприличной свободы. Когда, из-за забастовки, керосинки в рабочем посёлки гаснут.
— Обе-две. Идёте к Домне. Начинать с самого низа. Поломойками. Каждый день — новое дело. Сутками. Стряпух толковых из вас… как получится. Смотреть на Домну. Слушать, думать, учиться.
— Чему учиться-то? Щи варить да пироги печь всяка баба умеет.
Оп-па. Ещё одна дырка. В базовом образовании. Ростислава никогда в жизни не варила щи и не пекла пироги — не княгино это дело.
— Учиться всему. А более всего… Цыба, ты почему жива ещё?
Вопрос-напоминание. Не надо самоуверенность переводить в наглость. И напрягаться так не надо. Шутка. Пошутил я.
— И ты, и я, и все мы, на этом дворе обретающиеся, живы, здоровы, умные разговоры ведём, вещи разные добрые делаем. Не сидим в сортире, вопя от поноса без всякой красы и умности, хлад смертный предощущая. Потому, что Домна умеет вести поварню. Не пироги лепить, хотя она и это…, а теми пирогами не поубивать народ. И никому иному — этого не позволить. Почему с её рук еда — еда? А с других — не то еда, не то отрава? И учти, красавица, Росте — посмотреть да понять, а тебе, может статься, самой такое хозяйство ставить. Не пропусти чего.
Без дураков, верил бы в бога — за Домну каждый день молился. У неё — поразительно! — в хозяйстве нет тараканов. Вы много кухонь общественных, даже и в 21 веке, видели без насекомых? Есть пауки кое-где — мух ловят. Мышей нет. Все кухонные работники — в чистом, целом, мыты, бриты наголо. Столы скоблёные, полы метёные, ножи точенные. Всегда. У моих гридней такого порядка нет.