Фабьенн продолжала заигрывать с Жаком. Мужчина чуть ли не ел у нее с рук и исполнял все ее желания. Анжелика пристально наблюдала за развитием их отношений, но поводов для беспокойства у нее пока не было.
Многих гостей, зачастивших в «Будуар», Анжелика знала до того, как познакомилась лично. Это были члены правительства Бурбонов и главы банков, с которыми Анжелика проводила увлекательные беседы о финансах и многому научилась.
Однажды бордель, в окружении большой группы друзей, посетил внушительный господин с военной выправкой и удивительно пронзительными глазами. Его идеальное, словно высеченное из мрамора, лицо показалось Анжелике знакомым, но она никак не могла вспомнить, кто он такой. Мужчина представился Томасом – именем, явно вымышленным. Однако Агата раскрыла секрет Анжелике.
– Вам известно, кто это? – прошептала она мадам, когда они играли в карты. – Это министр внутренних дел. Его появление здесь многое значит. Он очень тщательно выбирает, где проводить свободное время, и предпочитает, чтобы никто не знал, где и чем он занимается.
– Вы знакомы с ним? – спросила Анжелика, впечатленная познаниями Агаты.
– Мы встречались, – уклончиво ответила куртизанка, – но я не приглашала его сюда. Слухи о нас до него дошли из других источников.
Они внимательно наблюдали за тем, как Томас осмотрел зал, куря сигару, поздоровался с другими господами, улыбнулся и кивнул проституткам, но не заговорил ни с одной из них. Затем обратил внимание на Анжелику. Та слегка склонила голову в знак приветствия. Немного погодя, когда Агата ушла наверх, Томас подсел к Анжелике.
– Итак, вы и есть та самая герцогиня, о которой говорит весь Париж, – мягко произнес он, устремив на нее пронзительный взор. – Действителен ли ваш титул?
– Действителен, но мне не суждено им обладать, – честно ответила Анжелика, глядя ему прямо в глаза. Между ними как будто пробежала искра.
– Тогда кому выпала такая честь?
– Моему отцу, а теперь и брату.
Томас был заинтригован.
– Вы – англичанка, – высказал он догадку. Удивительно. Ее французский безупречен, ни капли акцента.
– Наполовину. Моя мать была француженкой.
– И в ее жилах также текла голубая кровь?
Министр был очарован собеседницей. Ее благородное происхождение угадывалось по внешности, манерам. Что она делает здесь? Почему распоряжается борделем, а не замком? Уму непостижимо!
– Бурбоны и Орлеанский дом, – призналась Анжелика.
Томас ни на секунду не усомнилась в истинности ее слов.
– Я многое слышал о вас.
– Надеюсь, только хорошее, – промолвила она, все еще глядя ему в глаза.
– Исключительно хорошее. Если говорить о ваших делах, то, по слухам, вы собрали здесь лучших куртизанок столицы, но сами никогда не обслуживаете клиентов.
– Я хотела, чтобы здесь собиралось интересное общество в приятной атмосфере, – скромно ответила мисс Латэм.
– И вам это удалось, – тепло улыбнулся министр. – Мне, как и моим друзьям, все очень нравится. Каждый чувствует себя здесь словно дома.
– Я желала добиться подобного результата. Надеюсь, вы еще не раз заглянете к нам, – улыбнулась она в ответ, но так, чтобы не дать ему напрасную надежду.
Томас еще не сталкивался со столь интригующими женщинами. Изысканная и грациозная, но мягкая и добрая одновременно, ни капли высокомерия.
– Если я посещу вас снова, поднимитесь ли вы со мной наверх? В качестве исключения?
Анжелика поняла – министр предлагает ей стать его любовницей.
– Если бы я так поступила, это нанесло бы вред нашей дружбе, – тихо ответила она с уважением.
– Значит, мы с вами друзья? – Томас поднял бровь. Он испытывал надежду и разочарование одновременно.
– Зависит от вас, но надеюсь, это так. Здесь вам всегда будут рады.
Анжелика задумалась, серьезно ли было его предложение. Может, следовало его принять? Она чувствовала, что поступила правильно. Министр слишком опасен и могуч, чтобы заигрывать с ним. В качестве друга он был гораздо ценнее.
Агата рассказала, что Томас часто посещал лучшие бордели города, но никогда не уединялся в спальне с дамами. Однако Анжелика чувствовала: ради нее он сделал бы исключение. И возможно, приходил бы в «Будуар» во внеурочное время, если бы она позволила.
Одним словом, министр был очарован ею. Они пробеседовали весь вечер. Ближе к полуночи он пожелал ей доброй ночи, низко поклонился и уехал, пообещав скоро вернуться.