В углу стоят чьи-то консервные кеды. Значит в доме есть еще кто-то. Может быть это даже индеец или зомби, а может быть это зомби-индеец или индеец-зомби. Он надел кеды, чтобы внедриться в доверие Евы, потому что она считает, что кеды - обувь настоящих людей, кеды открывают путь к свободе и удобству, раскрепощенности и здравомыслию. И вдруг, окажется, что это зомби-индеец или индеец-змоиб, и он сейчас поджидает меня в той комнате с томагавком и стоит мне войти, как он прокричит о начале войны и убьет меня. Я очень боюсь. Кеды меня пугают.
Ева не хочет, чтобы я разувался. Она хватает меня за рукав и тянет в гостиную.
- Смотри, - говорит она и указывает на кресло пальцем. – Правда он чудо? Такой милый и лапочка.
Около моих ног трется Евин кот по имени Жан-Поль Котье. Он мяукает, и он рад меня видеть, потому что он еще и мурлыкает. Он любит, когда я чешу ему за ушком, тогда он начинает мурлыкать еще сильнее, потому что котику нравится мурлыкать и гладиться. На самом деле он – "шерстяной пидарас". Мурлыкает и ластиться, только из-за еды, поэтому он не рад меня видеть. Он просто просит еды. Но я сам хочу кушать, и корма для Жан-Поля Котье у меня нет.
На моем любимом кресле сидит парень. Ева сказала, что он лапочка. Он правда лапочка, еще она сказала, что он милый. Он милее индейца и зомби вместе взятых, потому что он оказался ни тем ни другим, и меня это радует. А то если бы это был индеец или зомби - я бы очень сейчас пожалел.
- Это ты про этого рассказывала? - говорит парень Еве и встает с кресла, чтобы подойти ко мне и поздороваться. - Дурачок который?
Мне приятно, что Ева про меня рассказывала, потому что - это значит, что она мой друг, если рассказывает кому-то. Она может сказать - у меня друг дурачок, но я его очень люблю. Ева часто называет меня дурачком. Сначала я обижался, но потом Ева сказала, что на правду обижаться нельзя. Тогда я назвал ее тупой и она меня ударила, она сказала, что это неправда, и я сказал ей, что она красивая и она меня поцеловала. Его часто меня бьет и целует.
- Как тебя зовут? Давай дружить, - говорю я и протягиваю руку.
Я всегда так говорю людям с которыми мне предстоит общаться. Просто я хочу им понравиться. Еще я очень волнуюсь по этому поводу, потому что люди бывают разные. И они могут меня обидеть. Обычно так и делают. Я никогда никого не пытался обидеть, потому что это очень плохо. Мама меня так учила. Она говорила, что если хочешь понравиться человеку, тебе надо узнать его имя и потом произнести десять раз в общении, чтобы вызвать симпатию. Моя мама настоящий психолог.
- Ну, давай, - он жмет мне руку. Жмет больно, с силой и мне больно от этого. - Я Трансплантатор, - он льстиво ухмыляется, как будто, чего-то ожидает.
- Привет Транс-план-татор, Транс-план-тат-ор, Транспалнтаро... транспоратноаа, транспопнатор.
Ева и ее друг громко смеются.
- Я же говорила, что он так сделает. Говорила же, - смеется Ева и держится за живот.
Я тоже смеюсь, но очень пугаюсь, потому что у меня не получилось выговорить имя Трансплантатора. Вот сейчас я не смог наладить с ним контакт, но Трансплантатор оказался хорошим парнем и поэтому он дает мне еще одну попытку.
- Но мои друзья называют меня Бес-пер-спек-тив-няк.
Я собираюсь с силами, чтобы понравиться Бес-пер-спек-тив-ня-ку.
- Привет Бес-пер-спек-тин-вяк. Бес-прес-пек-вняк.
Мой новый друг и Ева чуть ли не падают от хохота и держатся за животы. У них болят животы, наверное они съели чего-то невкусного, чего-то очень плохого. И поэтому болят животы. Возможно это была геркулесовая каша. Страшная рвотная каша.
- А он забавный, - говорит Бес-пер-спек-тив-няк. - Славный малый.
- Он классный, мой друг хороший. Правда? Ты же мой маленький дружок?
Я киваю головой и иду садиться на мое любимое кресло. Жан-Поль Котье в это время прыгает ко мне на колени, тоже садиться и начинает вылизываться. Я смотрю на Бес-пер-спек-тив-ня-ка и думаю, что он, наверное, правда очень красив и пользуется большой популярностью и девочек. Я бы тоже хотел пользоваться такой популярностью, но у меня получается пользоваться только Евой, потому что Ева рассказала мне о сексе и Ева показала мне как надо заниматься сексом, а потом Ева занялась со мной сексом, она сказала, что ей всегда было интересно заняться сексом с шизом. Когда мы занимались сексом я плакал, потому что мне казалось, что я делаю, что-то не то, а еще казалось, что из меня вылезает мой брат близнец. И мне было страшно, я же не хотел, чтобы брат-близнец вылез и все испортил. Наверняка Бес-пер-спек-тив-няк и Ева занимались сексом.
У него широкие плечи и светлые волосы, еще у Бес-пер-спек-тив-ня-ка едва видная щетина и голубые глаза.
- Вы пока посидите тут, - говорит Ева и чешет лысину, так что там оказался красный след. - А я пока музыку поставлю.
Она уходит в другую комнату. Я смотрю на Бес-пер-спек-тив-ня-ка и не отвожу от него взгляд, потому что, моя мама психолог. Она мне объяснила, что надо наладить с человеком зрительный контакт, чтобы он смог обратить на меня внимание.
- Чо вылупился? - спрашивает он.
- Ты пользуешься большой популярностью у девочек? - спрашиваю я.
Мама мне говорила, что нужно находить темы для разговоров, интересные для собеседников.
- Ну да, есть такое, - усмехается он. - А ты?
- Я нет.
- Оно и понятно. А знаешь почему?
- Почему? - спрашиваю я. Очень надеюсь, что Бес-пер-спек-тив-няк объяснит мне о моих проблемах.
- Потому что ты дебил.
- Да, - говорю я. - Вот так парадокс.