В начале 1940 г. Гитлер поручил Герингу организовать в составе люфтваффе специальный штаб для планирования военной операции в Норвегии. Собственно говоря, предметом его забот была не Норвегия, а месторождение железной руды на севере Швеции, близ города Кируна, откуда это жизненно важное сырье поступало в Германию морским путем через норвежский порт Нарвик. Месторождение оказалось в двойной опасности: со стороны Советского Союза, начавшего войну против Финляндии, и со стороны англичан, грозивших перерезать морские пути, по которым руда доставлялась в Германию. Чтобы отвести угрозу, Гитлер решил оккупировать Норвегию, назначив начало операции на апрель 1940 г.
Было также решено осуществить наступление на Францию через Голландию и Бельгию, но его начало несколько раз откладывалось из-за плохой погоды в январе, а затем произошло еще одно непредвиденное событие, спутавшее планы и доставившее Герингу много неприятностей.
Самолет, на котором находился офицер связи с планами вторжения в Бельгию и Голландию (их нужно было доставить из Мюнстера в Кельн), сбился с курса и совершил вынужденную посадку в Бельгии, возле города Мехелен. Офицер (майор Гельмут Рейнбергер из штаба парашютно-десантной дивизии) попытался сжечь документы, но не успел и был арестован бельгийской полицией. Он оказался безнадежно виноват в случившемся: ведь ему было приказано отвезти документы поездом, а он сам напросился в самолет, чтобы быстрее обернуться с командировкой. В руки противников Германии попали секретные сведения, касавшиеся планов ведения войны на Западе, и это грозило немецким войскам серьезной неудачей. Отвечать пришлось командованию люфтваффе и Герингу.
Эмми Геринг удалось спасти мужа от гнева фюрера. Она обратилась к знакомому экстрасенсу (телепату и прорицателю) доктору Хеерману, который, выслушав рассказ о случившемся, успокоил фрау Геринг, сказав, что ничего страшного не произошло: документы обгорели до такой степени, что стали совершенно непригодными для прочтения. Это подтвердил пилот самолета, вернувшийся из Бельгии. Фю-pep, и сам питавший склонность к оккультным знаниям, позволил себя убедить, приказав все же переделать планы наступления и расстрелять офицера связи, когда он вернется (майор Рейнбергер, предвидя такую участь, застрелился сам перед возвращением в Германию). Тем не менее, репутация Геринга серьезно пострадала. Гитлер перестал ему доверять и отстранил командование люфтваффе от составления планов операции в Норвегии, передав их в ОКВ («Оберкоммандо вермахт» — Главное командование вооруженных сил), объявив, что в будущем все военные операции станут планироваться только этим органом. Геринг был обижен, его потрясло недоверие фюрера, и он решил впредь не навязываться ему с советами и помощью, ограничиваясь выполнением своих прямых обязанностей, которых у него хватало: нужно было составить планы «освоения» новых территорий, которые должны были оказаться под властью рейха после наступления вермахта на Западе. Требовало внимания и строительство, продолжавшееся в Каринхалле: здесь было решено устроить «Музей Германа Геринга», в котором его хозяин задумал собрать все свои художественные коллекции: картины, предметы старины и художественные изделия; все это он обещал передать государству (которое пока оплачивало все расходы) в день своего шестидесятилетия (т. е. в 1953 г.).
17 марта 1940 г. Гитлер назначил инженера доктора Тодта государственным министром вооружений и снаряжения, передав ему в ведение и вопросы перевооружения армии. Это означало новое сокращение полномочий Геринга, уже получившего перед этим, 5 марта, очередной сильный удар по самолюбию. Фюрер отстранил его от командования операцией «Везерюбунг», предполагавшей оккупацию Норвегии, Дании и Швеции, передав все полномочия начальнику ОКВ генералу Йодлю. Это вывело Геринга из себя, так что он впервые осмелился противоречить фюреру. Дело шло к войне против Швеции, власти которой получили от Геринга обещание «уважать ее нейтралитет» (соответствующие заверения были переданы королю Швеции Густаву через Томаса Кантцова). Теперь возникла опасность того, что родные и знакомые Геринга, оставшиеся в Швеции (семья фон Фок, Томас Кантцов, граф Розен и многие другие) станут противниками Германии и даже выступят против нее с оружием в руках, а самого Геринга сочтут предателем и врагом. Такова была очередная плата за участие в «великих свершениях» фюрера, требовавшего, как сказочное чудовище, все новых кровавых и позорных жертвоприношений от своего слуги.