Дар скривился:
- Да вот они и сами к тебе.
- Вождь, - почтительно прижал руку стрелок, - нам пора домой.
- У нас, - конь встал, - полдела не делают.
- Договор был другой, - настаивал лучник. Куда еще эти сумасшедшие германцы направились, что затеяли? Да, вождь сполна заплатил им, тем более рисковать с набитой сумой не хочется, совсем не хочется. С золотом надо быть трусом, потише - оно шума не любит. Война войной, но мысли уже там - семья ждет с наживой, справедливо заработанной. Мертвецы на болоте тому свидетели. Что же касается германцев... Чем дольше лучник смотрел на них, тем яснее понимал - они безумны, немного, конечно, но все равно. В бой идут, как на праздник, обгоняя друг друга; да и оказывается, по случайно оброненным фразам, никто толком и не знает, куда идут?! Этого осторожным стрелкам, хоть убей, не понять. Ведь там, за горами, неисчислимые племена и народы, и стрелок слышал про таких, что пьют кровь врагов. А эти верзилы ( да, спору нет, лучник не встречал бойцов яростнее и сильней) эти верзилы с таким беспечным видом идут вперед, не выслав даже разведки. А их угрюмый вожак - он когда-нибудь улыбается? Вы, конечно, идите, но нам пора.
- Все, я сказал! - гавкнул Аларикс. Он свесился с коня, чуть не клюнув горбатым носом в лоб стрелку: - Плачу по-старому, или...
Взгляд вождя стал пустым, словно и не было лучника. Что ж, спорить глупо. Тем более, поразмыслил лучник, с германцами как-то надежней в пока еще чужих краях. Стрелок уныло вздохнул и поспешил к своим.
- Есть работенка, ребята - римляне снова в цене.
За пару дней до этого двадцать три скелета в оборванных лохмотьях, спотыкаясь и падая, ковыляли к воротам лагеря. Часовой принял их за призраки, протер глаза - правда, перемазанные болотные твари бредут в атаку. Опять дикари со своими штучками! Он поднял тревогу. Гарнизон забурлил, на стене вырос Ксандр.
- Там…
- Без тебя вижу. Болван, да это же наши!
Ворота скрипнули, солдаты кинулись к своим. Как девушек, легко подняли на руки.
- Это.... все? - Треснул голос старшего.
Он и так сам знал. По чутью старого бойцовского пса еще неделю назад понял - беда. Граний уже прислал бы гонцов. Тишина невыносима. И пусть вернулась бы половина с вестью о поражении. Неделю назад Ксандр ощутил кожей на затылке - что-то не так, что-то пострашнее неравной битвы. Ксандр не повел войско сам, опасаясь подвоха на гарнизон. Да, варвары быстро учатся. И вот пара десятков бойцов, обтянутых кожей, острых, как обструганные палки, чудом вырвались, чтобы принести черную весть.
- Это - все? - сам себе повторил Ксандр. Они бубнили еле слышно. Темнели лица римлян, хрустели побелевшие кулаки. Одни замолкали, другие подхватывали. Ах, Граний, Граний. Почему ты не разделил отряд, как приказывал Ксандр? Зачем опрометчиво шел с германцем впереди, а не выслал скрытно небольшой авангард? Торопился исполнить приказ. Ксандр будто и сам был там, видел рвущегося, как вулкан, Грания. Пот прошиб Ксандра - если германцев так много, то они, конечно, скоро будут здесь. Единственный выход - отступить. Миновать западню-ущелье и выкатиться на равнину, где непривыкшим к простору варварам взбешенные легионеры быстро подскажут, кто хозяин полей. Нет мощи, равной зубастой когорте на широком месте там, где она поворотом корпуса за миг засверкает металлом с любой стороны. И тогда войте не войте, стальной кулак всмятку скорежит ваши обтрепанные шкуры в свиные помои. А если германцев слишком уж много... Варвары убедятся, как умеет Рим погибать, но уж поверьте, за победу вы расплатитесь сполна. Тебя ждет трибунал, Ксандр, если ты без приказа оставишь гарнизон. Офицер смотрит на молоденьких солдат - половине он годится в отцы. Потом глядит вдаль:
- Трубить сбор. Мы уходим.
Солдаты, не веря ушам, переглядываются.
- Быстро! - каркает командир. - Иначе подохнем с голоду. Да, чуть не забыл, - расплывается в улыбке. - У меня для вас подарок - пока вы бездельничали на болоте, мы не теряли времени даром. Поймали с десяток варваров. Они ваши, ребята, только недолго.
Слезы в глазах солдат - спасибо, командир. Выводят германцев на свет - те готовы к трудной дороге. Их продадут в гладиаторы - там ценятся железные варвары с Рейна. Очень ценятся. Но как-то странно обступают легионеры, и где клетки и лошади? Почему радостью светятся лица - с такой хитрой улыбкой карапуз лезет в соседский сад. Германцы, связанные, беспокойно завертели головами. Удар, второй... Желающих слишком много, варвары валятся. Их забивают ногами в студень, прыгая на грудь и живот. Лица в красном песке пляшут и булькают пузырями. Гарнизон опустел. Только бродяга-ветер теребил спутанные волосы десятка ободранных голов на кольях, обращенных в сторону леса. Мухи мохнатой коркой покрывали безмолвных часовых.