Выбрать главу

История третья. Наследница по кривой

Наталье тридцать шесть лет. За плечами высшее педагогическое образование и работа инспектора районо в небольшом районном центре Ярославской области. Она – супруга коренного немца, социальщика и жмота, запретившего ей искать официальную работу из страха потерять материальную помощь. Поскольку практически весь социал вкупе с детскими деньгами Наташиного сына муж пропивал, ее трудовой путь ознаменовался целой цепочкой «черных» работ: судомойкой в кнайпе, распространительницей рекламных объявлений на улицах, подсобной рабочей в рыбном магазине и, наконец, сиделкой-кухаркой-уборщицей у 80-летней капризной бабульки. Уж сколько нервов она Наталье истрепала, одному богу ведомо: и карманы с сумкой проверяла, когда та домой уходила, и заставляла на чердаке на карачках ползать, убирая паутину столетней давности, и пни выкорчевывать на садовом участке, и истерики ее безумные терпеть по поводу недостаточно горячего супа, и угрозы позвонить в финансовые органы с сообщением, что Наталья работает по-черному. И давно бы ушла она от истеричной бабульки, да платит та хорошо. Тем не менее, терпение у нее заканчивается. Недавно старушка пригрозила, что напишет в Управление по делам иностранцев письмо с жалобой на то, что ее сиделка украла у нее старинные кофейные ложечки из серебра, и та не получит бессрочного вида на жительство. Это был уже явный перебор, превысивший выносливость нервной системы Натальи. Теперь в свободное от работы время ходит наш бывший инспектор по психиатрам и невропатологам…

Сегодня Наташа не убирает чужие дома, не моет посуду в забегаловках и не разносит рекламу. Она учится на социального педагога. С мужем-алкашом развелась. Живет в собственном доме, ездит на собственной машине, доставшимися ей в наследство от вредной старушки, которая почила в бозе через полгода после описанных мною событий. Наследников у бабульки не было, ни прямых, ни «кривых», и Наташа оказалась единственным близким ей человеком, кому та и завещала все свое добро.

История четвертая. Индюшиный палач

Сорокачетырехлетний Валерий, попав в Германию, знал, по-немецки три слова и те неприличные. На родине он работал лектором общества «Знание». Разъезжал по деревням и весям и читал согнанному в клубы народу лекции типа «Есть ли жизнь на Марсе». Здесь же его речи слушать некому, ибо немецких бюргеров волнуют проблемы более насущные. А потому биржа труда предложила Валерию переквалифицироваться в забойщика индюков на птицефабрике. Трудно передать вам весь ужас бывшего лектора, ежедневно приходившего домой в обделанной индюками одежде, ведь спецовка состояла исключительно из клеенчатого передника. Амбре от Валерия обычно шло такое, что пассажиры автобуса, в котором он возвращался домой, отпрыгивали от него на метр, а то и на все два, а супруга, открывавшая ему дверь, как по команде «Газы!», мастерила себе намордник из кухонного полотенца. Стал Валерий коллег расспрашивать, отчего это индюки обделываются, когда он их за ноги подвешивает на крюки, везущие жертв к бассейну с пропущенным электротоком. «От страху», – хохотали те в ответ. Но Валере было не до веселья. Особенно после того, как индюшиное дерьмо попало ему в глаз, воспалив роговицу, а затем – в ухо, вызвав двухдневную глухоту. Вот тут-то наш бывший лектор и поклялся, что работать ему в этом филиале ада – не больше месяца. Завтра же отправится на биржу труда и потребует направления на какие-нибудь курсы…

Валерий и сегодня работает на все той же птицефабрике, но уже на другом участке. Сейчас он огромным острым ножом рубит головы уже мертвым индюкам, которые, по причине прекращения жизнедеятельности, обделывать своего мастера уже не в состоянии. Он, по-прежнему, время от времени грозится отправиться на прием к чиновникам и добиться переквалификации…

История пятая. Генеральный секретарь

Десантировавшись в мир капитала, тридцатилетняя Ирина попыталась устроиться ассистентом зубного врача в какой-нибудь «праксис». А куда ж еще? Ведь в Киеве она заведовала зубным кабинетом на большом предприятии. Но увы… Как сказал один остряк: «Хочешь всего и сразу, а получаешь ничего и постепенно». В общем, ей популярно объяснили, что и почем в Германии. И начались для Ирины «этапы большого пути»: сидела в зале игровых автоматов за три евро в час, работала на конвейере хлебозавода, продавала булочки в кафетерии, выгуливала двух собак и мальчика-дауна, проводила социологические опросы по телефону. Параллельно посещала компьютерные и уже третьи по счету языковые курсы. Затем сдала на водительские права и устроилась курьером по доставке на дом лекарств из аптек…